Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
старая и донельзя заезженная, но действенная…
Вообщето, у Егора были определённые мысли и по поводу Африки… Ну, как же, в двадцать первом веке любому мальчишке, любящему читать приключенческие романы, было известно, что все пляжи Намибии щедро усеяны крупными алмазами – самой чистейшей воды. Правда, в те времена эти вожделенные пляжи надёжно охранялись проклятой юаровской военщиной и злобными цепными псами. Но сейчасто на дворе был век восемнадцатый! Смело подплываешь – без всяческих сомнений – к гостеприимным берегам Намибии, высаживаешься спокойненько на белоснежный песок пляжа, выстрелами из ружей и корабельных пушек разгоняешь местных аборигенов в разные стороны и беспрепятственно набиваешь холщовые мешки отборными алмазами.… Потом возвращаешься в Европу, например, в Испанию, где золота, награбленного в американских колониях, имеется в достатке, и без проблем меняешь твёрдый и прозрачный углерод, которым можно даже резать стекло, на жёлтый и тяжёлый металл, не подверженный окислению на воздухе…
Очень хороший план, но и у него имелось два серьёзных недостатка. Вопервых, Алёшка с Шуриком, всё равно, уже находились на пути к Охотску. Так что – в любом случае – придётся плыть в восточные края. Хоть, огибая Африку, Индию и Китай с Японией, хоть – Американский континент… Вовторых, испанский король был тем ещё деятелем, и тягой к человеколюбивым сантиментам никогда не отличался. Он, конечно же, мог за предложенные алмазы и золота отсыпать. А мог – попростому – отдать и другую нехитрую команду, мол: – «Проломить всем путешественникам головы, а алмазы забрать даром!»…
Итак, Шлиппенбах с подчинёнными отбыли к портовому начальству. Санька – в сопровождении четы Лаудрупов, старого Николая Ухова и трёх солдат Александровского полка, переодетых в одежду обычных моряков – отправилась разыскивать опытных швей и портних, способных изготовить по её новым эскизам флаги, предназначенные для плавания по южной части Атлантического и Тихого океанов. Егор же нанял у причала скромную двуколку и поехал на северную окраину города, где располагались приличные кузницы. Ничего не поделаешь, но датчанин был прав, и всем кораблям эскадры надо было срочно поменять именаназвания. А для этого необходимо было снять с бортов старые буквы, изготовленные из какогото медного сплава, а на их место укрепить новые.
Что касается новых названий, то после жарких дискуссий и горячих споров, всё же, пришли к общему решению. Вернее, если быть честным до конца, то окончательно были приняты варианты, предложенные Санькой и Гертрудой. Эти предложения не отличались особой оригинальностью, да и с точки зрения элементарной конспирации не выдерживали никакой серьёзной критики, но Егору уже надоело – хуже горькой редьки – тратить время на бесконечные перепалки, и он, в конце концов, согласился со всеми дамскими фантазиями.
«Ты, братец, становишься записным подкаблучником!», – укорял его за это строгий внутренний голос. – «Сперва начнёшь уступать в мелочах, потом и во всём другом. Лиха беда – начало…».
«Орёл» теперь должен был именоваться «Буйволом», «Александр» – «Артуром», «Король» – «Святым Дунстаном», а «Кристина», естественно, «Луизой».
Двуколка, никуда не торопясь, катила по городу. Егор без устали вертел во все стороны головой и восхищённо цокал языком.
«Твою мать, ничего себе!», – совершенно обалдев от увиденного, надрывался внутренний голос. – «Ёлочки зелёные, ну, это надо же! Вот же оно – настоящее Средневековье, блин!».
Дома, домики, виллы, хижины, узкие и мрачные улицы, какието полуразвалившиеся замки на далёких зелёных холмах, пробковые дубы, покрытые морщинистой корой и серебристыми нитями плесени, которые – на тёмнокоричневофиолетовом фоне коры – смотрелись благородной сединой. И везде и всюду наблюдались бронзовые разномастные памятники, позеленевшие под натиском беспощадного и жестокосердного Времени…
Возница, немного говорящий поанглийски, заметив заинтересованность седока, так и сыпал знакомыми и полузнакомыми именами: Христофор Колумб, Магеллан, Америго Веспуччи, Себастьян дель Коно, Педро Альварес Кабрал.… По словам добровольного экскурсовода получалось, что все эти великие и знаменитые мореплаватели, только посетив благословенный Синиш, окончательно определились с планами дальнейших путешествий. Именно здесь они рисовали рабочие карты и мечтали о будущей всемирной славе, которая, впрочем, досталась далеко и не всем. Как утверждал разговорчивый возница, больше всех от превратностей неблагодарной судьбы пострадал Себастьян дель Коно, уроженец здешних мест. Мол, принято считать, что первое кругосветное путешествие совершила экспедиция под руководством
