Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
мы и сами умеем неплохо…
– Всё, соратники! – объявил Егор. – Рассаживаемся в трофейную пирогу и быстро отчаливаем!
Лодка оказалась очень ходкой, и – уже под вечер – они, оплыв суда эскадры, причалили к портовому пирсу. Жаркая встреча, поцелуи, слёзы радости…
Коротко рассказав об основных итогах воинского рейда в самое сердце аргентинской пампы, Егор приказал:
– Необходимо всем срочно, прямо сейчас, перебазироваться на корабли эскадры. Хозяйке постоялого двора, понятное дело, надо щедро заплатить, чтобы она не обижалась и не держала на нас зла. Завтра, прервав все ремонтные работы и срочно пополнив запасы продовольствия и питьевой воды, мы покидаем гостеприимные воды великой ЛаПлаты… Видите ли, рано или поздно (а может быть, уже и завтра?), Диего Гонсалес поймёт (узнает, вычислит), кто убил его любимого брата, да и прочих соратников и слуг. А у этого сеньора в БуэносАйресе, наверняка, найдётся целая куча дальних родственников и добрых друзей. Зачем нам сейчас нужны полномасштабные военные действия?
Когда они заново обустраивались на борту «Святого Дунстана», Санька тихонько шепнула ему на ухо:
– Саша, а Фролкато Иванов на берегу определился ночевать, да и все вещи его остались на постоялом дворе…
– Ничего, я с ним завтра переговорю, с самого утра, – пообещал Егор.
С самого утра поговорить не получилось, срочные дела навалились нещадно – денежные, снабженческие, прочие… Только уже перед самым обедом Егор выкроил свободные полчаса и предложил Фролу:
– Ну, подполковник, потолкуем немного?
– Потолкуем! – покладисто согласился Иванов. – Но, господин командор, может, до пампы дойдём? Чтобы и мы никого не отвлекали, да и нам, чтобы, никто не мешал…
Пампа встретила их чистой и звенящей тишиной, да пёстрым ковром разноцветных опавших листьев. В бездонном голубом небе – прямо над их головами – крохотными точками кружили орланы.
– Ты, Александр Данилович, обо всём уже, наверняка, догадался? – неуверенно и чуть напряжённо спросил Фролка.
– Остаёшься здесь?
– Извини, господин командор, но – остаюсь… Хочешь знать – по каким причинам? Или тебе это совсем не интересно?
– Почему же, очень даже интересно! – искренне заверил Егор. – Давай, рассказывай, подполковник.
Фролка тяжело вздохнул, зачарованно вглядываясь в прекрасные и таинственные пейзажи аргентинской пампы:
– Вопервых, это изза Исиды. Не может она – прямо сейчас – покинуть Аргентину. Обязана отомстить за отца, да и за других своих родственников, погибших там, в лагере гаучо, на излучине РиоРохо. Пока жив подлый Диего Гонсалес – не будет ей покоя. Нельзя оставлять в живых кровных врагов, достойных смерти… Такой, вот, старинный обычай есть у южноамериканских гаучо.
– Хороший обычай, – согласно кивнул головой Егор. – Продолжай!
– А, вовторых, это сама Аргентина – славная белоголубая страна… Полюбил я её, командир, всем своим сердцем. Эту бескрайнюю пампу, буролимонные листья платанов, воздух – с лёгкой горчинкой… Да, и покойный Джо Тупи просил меня помочь гаучо в их благородной борьбе с кабальерос…
– И это тоже понятно! – криво усмехнулся Егор. – Но, ведь, если я не ошибаюсь, есть и «втретьих»?
После двухминутной паузы Фролка покаянно выдавил из себя:
– Помнишь, командир, когда мы отплывали от Василевского острова, ты мимоходом обронил, что, мол, царь Пётр мог запросто и своего человека послать вместе с экспедицией? Чтобы надзирать, места разведать, где бешеное золото лежит…
– Ну, помню.
– Так это я и есть, тот надзирающий! Ты, уж, Данилыч, извини, что так получилось… Всё Матти, Матильда, Снежная Королева – как ты называл её. Не знаю, как так получилось, но я полностью находился под её властью… И, очень похоже, что не я один. Вот, и Пётр Алексеевич тоже, судя по всему, попал под её влияние. По многим делам и вопросам он совета тайно спрашивал у Матильды… Чары, может, какие? Что она велела, то я и делал, особо не рассуждая… Только, когда мы уже подошли к английскому Плимуту, шторка с моего разума стала постепенно спадать, снова вернулась способность самостоятельно мыслить, рассуждать… А потом я встретил Исидору… Эх, что долго говорить! Прости, уж, ты меня, Александр Данилович! Прости и прощай! Тебе же самому будет спокойней, если я, подлый предатель – пусть, и бывший – останусь здесь…
Егор беззлобно подмигнул Фролу и, тепло похлопав по плечу, огорошил:
– Не бери, подполковник, лишнего в голову и не переживай попустому! У тебя ещё вся жизнь, полная героических поступков и благородных свершений, впереди. Удачи тебе, первый аргентинский гаучо – русский по рождению! Может, мы ещё и встретимся…
Покинув
