Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
деятелей – со всеми вытекающими последствиями… Поэтому, родные, сидите себе на вершине скалытабу и спокойно дожидайтесь прихода нашего десанта. Да, гранатыто свои мне оставь, жадина…
Ухов следом за Гердой полез по верёвке на чёрную скалу, а Егор, предварительно освободив в каменной нише широкую площадку от полуистлевших человеческих костей (решил – на всякий случай – перебазировать раненых матросов в это естественное укрытие), снова направился к задней стенке хижины.
Он, используя поставленный на попа второй бочонок с порохом в качестве приставки, не без труда забрался на крышу, через отверстие в соломенной кровле спустился внутрь, успокоил – как мог – раненых матросов, пришедших в себя, напоил их водой, чуть приоткрыл дверь хижины и, вооружившись подзорной трубой, осторожно выглянул наружу.
Увиденное оптимизма не прибавило. На самом краю «городской площади» (недалеко от отдельностоящего, не охваченного пламенем барака), вокруг высоченного маори, облачённого в длинный тёмнозелёный плащ, сгрудилось порядка пятидесятишестидесяти туземцев, вооружённых короткими копьями и широкими ножами. Тёмнозелёный тип чтото упорно втолковывал воинам, возбуждённо махая руками в направлении чёрной скалы.
«Опять всё – как всегда!», – искренне закручинился философски настроенный внутренний голос. – «Главный злодей, то бишь, людоедский вождь, мать его растак, всё же, остался жив. Наверняка, сейчас, гнида заморская, втуляет подчинённым коварный план по захвату нашего беззащитного домика. Скорее всего, в этой шаманской избушкетабу хранятся некие священные раритеты маори, которые – ни в коем случае – не должны достаться проклятым чужеземцам. Вот, они, фанатики дерьмовые, и готовы – до самого конца – рвать свои смуглые задницы… Не, такие дела надо пресекать на корню! Если возможность, конечно, имеется…».
Егор опустился на корточки, извернувшись ужом, выскользнул наружу и, плотно прикрыв за собой дверь, попластунски пополз к углу хижины. Оказавшись за задней стенкой, он взял в руки оставшуюся бочку с порохом, отнёс её на удобную позицию и сориентировал в нужном направлении. После чего одним резким движением поджёг шнур и с силой катнул бочонок вниз…
Какоето время шум пожара заглушал звуки, производимые бочкой, стремительно катившейся по каменистому склону, так что, маори начали разбегаться в разные стороны далеко не сразу…
Бочонок – со всего маха – врезался в плетёную стенку барака, отскочил от неё словно резиновый мячик, а через секундудругую прогремел взрыв…
В отдельностоящем складе, очевидно, хранились запасы какогото масла (пальмового, например), поэтому полыхнуло сразу и качественно, а всё пространство между деревней людоедов и хижинойтабу (ветерто дул с океана), тут же заволокло густым чёрным дымом…
Пользуясь этой дымовой завесой, Егор по очереди перетащил – через дверь, естественно – обоих раненых шведов в каменную треугольную нишу. Подумав с полминуты, решился и на третий рейс – за водой и нехитрыми продовольственными припасами, обнаруженными в хижине. Тутто он и сделал одну странную и знаковую находку – в ворохе европейской одежды, небрежно сложенной в углу, обнаружилась стандартная офицерская шпага с гравировкой на клинке: – «Антон Девиер».
«Вот, оказывается, кто шёл на голландском корабле!», – с непонятными нотками воскликнул внутренний голос. – «Вот, остов чьего судна находится в камнях рифа, рядом с несчастной «Луизой»! Да, видимо, Пётр Алексеевич всерьёз заинтересовался «золотой» Аляской…
Порвав рубаху на относительно ровные полосы, Егор оперативно сменил шведским матросам повязки на ранах, наскоро напоил и накормил товарищей, после чего осторожно выглянул изза скалы.
Оказалось, что както незаметно – во всей этой ночной суете, охваченной яркими пожарами – наступил долгожданный рассвет. И в первых лучах восходящего солнца неожиданно загорелась соломенная крыша хижины, которую они покинули минут сорок назад. Опа! Ещё одна густо оперённая стрела – с крохотным огоньком на конце – упала на скат крыши…
«Может, всё дело в идолах, что расположились по углам лачуги?», – глубокомысленно высказал очередную версию внутренний голос, обожающий докапываться до первопричин того, или иного события. – «Мол, нельзя, чтобы эти святые тотемы находились во власти бледнолицых незваных гостей… А, если, когда хижина уже догорит, маори сунутся сюда? Ну, чтобы проверить, а не прячется ли кто посторонний в каменной нише? Ничего, не всё ещё потеряно. Три ручных гранаты – это совсем и не мало! Впрочем, совсем и не много…
Минут через десять, когда недалеко от их убежища десяток лужёных глоток завопили чтото явно воинственное и радостное, Егор,
