Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
«Только вот – как туземцы растолкуют эти сигналы?
Они с Ванькой послушно отошли метров на десятьдвенадцать в сторону и повернулись, как было велено, к Гертруде спиной.
– Ты же, Данилович, здесь останешься, с раненым подполковником Ивановым? – спросил УховБезухов. – Ну, оно и правильно…. А нам что делать? Двигаться обратно к океану прежней дорогой, садиться в шлюпку и грести к «Орлу»?
– Ни в коем случае! Я видел, как многие маори уходили за пределы деревни через тайные калитки в высоком заборе. Так что запросто по пути к океану можно напороться на этих рассерженных деятелей. Так что, братцы, сидите на вершине скалытабу и дожидайтесь прихода десанта. Да, гранатыто свои мне оставь…
Ухов следом за Гердой полез по верёвке на чёрную скалу, а Егор направился к задней стенке хижины. Он взобрался на крышу, через отверстие в соломенной кровле спустился внутрь.
– Александр Данилович! – удивлённо приветствовал его пришедший в сознание Фрол. – Как ты здесь оказался? А где все остальные?
Егор коротко рассказал – как и что.
– А ты, значит, решил остаться со мной? – непонятно усмехнулся Фролка. – Напрасно, господин командор! Я ведь предатель, приставлен наблюдать за тобой и доносить…
– Я знаю, Фрол. Всё знаю.
– Знаешь? Знаешь и не уходишь? Почему?
– Своих не бросают! – коротко объяснил Егор. – Даже если эти свои и оступились немного. Так что – будем вместе до конца…
Егор приоткрыл дверь хижины. Ветер дул с моря, поэтому весь туземный посёлок был скрыт в густом дыму. Пользуясь дымовой завесой, Егор перетащил раненого Иванова в каменную треугольную нишу, сделал второй рейс за водой и продовольствием, обнаруженными в хижине.
Тутто он и сделал одну странную находку: в ворохе европейской одежды, небрежно сложенной в углу, обнаружилась стандартная офицерская шпага с гравировкой на клинке: – «Антон Девиер».
«Вот кто шёл на голландском корабле!», – с непонятными нотками воскликнул внутренний голос. – «Вот остов чьего судна находится в камнях рифа, рядом с несчастной «Кристиной»! Да, видимо Пётр Алексеевич всерьёз заинтересовался «золотой» Аляской…
Порвав на узкие полосы рубаху, найденную в хижине, Егор сменил Фролу повязки на ранах, напоил, после чего осторожно выглянул изза каменной грани скалы.
Оказалось, что както незаметно наступил долгожданный рассвет. И в первых лучах восходящего солнца неожиданно загорелась соломенная крыша хижины, которую они с Фролом покинули минут сорок назад. Опа! Ещё одна густо оперённая стрела – с крохотным огоньком на конце – упала на скат крыши….
«Может, всё дело в этих идолах, что расставлены по углам лачуги?», – высказал очередную версию внутренний голос, обожающий докапываться до первопричин того или иного события. – «Мол, нельзя, чтобы святые тотемы находились во власти бледнолицых пришельцев…. А если, когда хижина уже догорит, маори сунутся сюда? Ну, чтобы проверить, а не прячется ли кто посторонний в каменной нише? Ничего, не всё ещё потеряно. Три ручные гранаты – это не мало! Впрочем, совсем и не много…
Минут через пять, когда рядом с их убежищем десяток лужёных глоток завопили чтото воинственное, Егор, предварительно проведя кончиком короткого зажигательного шнура по рукаву камзола и выждав положенные секунды, метнул гранату за каменную грань, взял в руки вторую, предпоследнюю…
«Эх, братец, как не повезло!», – печально вздохнул внутренний голос. – «Какието странные дикари тебе достались, очень уж настойчивые. Да, близко подобралась смерть, практически вплотную…».
Со стороны океана загремел – длинными и многоярусными переливами – неожиданный гром.
– Небо сегодня голубое и безоблачное. Откуда же тогда – гроза? – сам у себя спросил Егор. – Так это же «Александр», наконецтаки, подошёл к берегу! Вовремя, право…
Шлюпка, в которой находились, не считая гребцов, Егор, Ванька Ухов, Гертруда и Томас Лаудрупы подплыла к «Александру». Вот и Санькино лицо, приветливое, но страшно бледное и усталое, свешивается изза борта…
– Тётя Саня, ура! – звонко закричал Томас. – Как мой отец себя чувствует?
– Хорошо, – не очень уверенно ответила Санька.
По штормтрапу – один за другим – они поднялись на палубу фрегата. Женщины тут же принялись жарко обниматься, обмениваясь короткими и эмоциональными фразами.
– Дорогая, так что с Людвигом? – потеряв терпение, спросил Егор.
– Хорошо всё! Тётя Саня уже ведь сказала! – возмутился Томас Лаудруп. – Зачем же одно и тоже спрашивать по второму разу?
Сашенция неожиданно отстранилась от Гертруды, присела на корточки, опираясь спиной о доски борта, и, закрыв ладонями лицо, громко, совершенно побабьи зарыдала…
– Что?
