Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
на тот момент будет находиться в Александровске, и уйдут – куда глядят глаза…. Тут, господа, надо срочно придумать чтонибудь!
– Ничего придумывать не надо! – невежливо заявил УховБезухов, нагло подмигнув Егору. – Всё утрясётся само сабо. Лично я так думаю…
С прибытием пополнения темпы строительства Доусона значительно возросли. Под началом адмирала Лаудрупа, назначенного генералгубернатором поселения и всех его окрестностей, теперь трудилось двенадцать человек. Достраивались дома, склад и баня, была оперативно возведена кузня, заготавливались на зиму дрова.
Томас Лаудруп – в компании с шестью молодыми индейцами – был отправлен вверх по течению Юкона: искать новые перспективные золотоносные участки.
– Зимой крепостные и солдаты должны быть при деле, чтобы не сойти с ума от тоски, – решил Егор. – Следовательно, пусть тоже моют золото. Намто их добыча ни к чему, обойдёмся. А им, вдруг, да и пригодится. Впрочем, не знаю, как…. Мы же в официальную казну попрежнему будем сдавать только пирит.
Егор с товарищами снова отправился к ручью БонанзаКрик. В состав его отряда вошли супруги Уховы, волчица Вупи и пятнадцать атабасков. Все путники были серьёзно нагружены: необходимо было доставить к Бонанзе – длинным конспиративным путём – максимальное количество полезных грузов.
На берегу ручья установили два индейских вигвама и одну палатку, а большую часть продовольствия, разных вещей и инструментов разместили в пещере, рядом с «золотой кладовой».
– Придётся нам с тобой, Ванюша, осваивать профессии плотника и печника, – обрадовал Ухова Егор. – К зиме на входное пещерное отверстие надо будет навесить дверь, а в дальнем углу выстроить – из дикого камня – дельную печь. Крепостных же умельцев, как сам понимаешь, сюда приводить нельзя.
– Справимся, Александр Данилович! – заверил Иван. – Ни боги горшки обжигали…
Через трое суток, заготовив на зиму необходимый запас дров, атабаски ушли.
– Они будут зимовать километров на восемьдесят южнее, – объяснил Иван. – Там расположено стойбище индейцев племени тагишей.
А по весне молодые воины вернутся. Атабаскам нельзя зимовать вдали от их идолов. Айна? Ей можно, она особенная…
После ухода индейцев навалились дожди: скучные, нудные, безостановочные. Пришлось на добычу золота тратить не более пяти часов в сутки, посвящая остальное время сушке одежды и обустройству пещеры.
Дожди шли и шли, облетали – цветной каруселью – листья с деревьев, кругом было мокро и сыро, от постоянного контакта с водой у золотоискателей сильно распухли руки, донимал насморк и кашель.
– Вот в нашей России осень – красота сплошная! Какой воздух хрустальный! Как приятно пройтись по тихому осеннему лесу…. А здесь – чёрт те что! – кручинился Ухов. – Кругом – только вода. Под ногами, падает с неба, воздух весь ею пропитан – словно губка…
Тем не менее, запасы золота неуклонно увеличивались: было уже добыто более десяти пудов, в пещере даже пришлось оборудовать дополнительную кладовую. Причём, пока они пополняли запасы только за счёт самородков, не пользуясь промывочными лотками. Полосы вынутого грунта – вдоль обоих берегов Бонанзы – неуклонно удлинялись и расширялись.
– Промывкой грунта займёмся, только когда закончатся поверхностные самородки, – пояснил Егор. – Успеем ещё вволю покрутить промывочные лотки. Здешняя зима, она длинная…
В первых числах октября Егор и Уховы отправились на побывку в Доусон. Надо было помыться, постираться, привести в порядок одежду, поинтересоваться общей обстановкой. По дороге они, естественно, заглянули на Медный холм и, осуществив предварительную «кислотную» проверку, плотно набили два холщовых мешочка крупинками пирита.
В Александровске находился только адмирал Лаудруп да два простывших солдата, занятых плетением снегоступов.
– Господин командор, корабельные шлюпки на зимний период вытащены на берег и перевёрнуты, катамаран разобран! – дисциплинированно доложил Людвиг. – Остальные бойцы, включая моего Томаса, находятся на втором притоке выше по течению Юкона, в двадцати пяти километрах от Доусона, моют золото.
– И как успехи?
– Добыто примерно два пуда золотосодержащего песка и самородков.
Первым делом усталые старатели посетили русскую баню: первым Егор, за ним – Ванька и Айна. Баня была натоплена на совесть, Егор от души помахал берёзовым веником.
Когда после бани они сидели в светёлке дома, отведённого под проживание командного состава, и ужинали, распаренная и довольная Айна задумчиво проговорила:
– Русская баня – хорошо. У атабасков бань нет. И не было никогда. Но я почемуто
