Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
я смотрел.
– Зачем сразу столько дров поднимать в жилую пещеру? – недовольно заворчал Генка. – Это же метров двести пятьдесят вверх по склону! Да и тесно там, опять же – намусорим, бабы будут ругаться. Давай, командир, лучше у подошвы холма оборудуем просторный навес, а в жилую пещеру колотые дрова будем таскать уже по мере необходимости?
– Вопервых, не бабы, а девчонки, девушки, амазонки, – всерьёз нахмурился Егор. – А, вовторых, представь себе такую нехитрую картинку. Зима, снегу за одну ночь намело метра полтора, дрова заканчиваются. Что делать? Пробиваться к северной пещере? Или – к твоему навесу, через полутораметровые заносы? Дохлое дело, однако…
– Так уж за одну ночь – и полтора метра, – неуверенно возразил Федонин.
– А почему бы и нет? Ты, Гена, забыл, где находишься? А смерчи, «грибы», горячий пепел из туч, дохлая рыба, красные койоты? Тут, мой друг, всеговсего можно ожидать…, – Егор насмешливо потрепал Генку по лохматой макушке. – Я тут прикинул, что зимой – в среднем за сутки – у нас будет уходить порядка двух кубометров дров. И это – как минимум, не учитывая регулярных банных расходов. Следовательно, пускай всегда под рукой будет месячный запас…. Шестьдесят кубометров в зале возле солончака – заскладировать в срочном порядке! Задача ясна? Молодцы! Тогда я пошёл, тут требуется немного переговорить с одним знакомым чудиком…
Над низкой и приземистой трубой коптильни, сложенной из дикого камня, поднимался вверх ленивый и тощий дымок. Весело и беззаботно трещал длинный костёр, заставленный с двух сторон деревянными решётками с разложенными на них грибами. В торце костра располагался большой чугунок, над которым беспорядочно клубился белый пар.
Галина усердно помешивала в посудине длинной ольховой щепкой, чуть в стороне располагались высокая стопка глубоких глиняных тарелок и две плетеные корзинки: одна – с деревянными ложками и бронзовым столовым ножом, в другой лежала овальная краюха испечённого ещё вчера серого хлеба.
Это была их первая краюха. После вчерашнего обеда Сеня Браун, освобождённый по такому случаю от заготовки дров, в каменной зернотёрке тщательно измельчил пару килограмм пшеницы, вечером Санька намесила теста, а Егор в печи испёк хлеб – в специальной глиняной форме, щедро обмазанной внутри толстым слоем топлёного гусиного жира. В конечном итоге получилась обычная плоская лепёшка неправильной формы, но все славяне дружно и гордо именовали эту лепёшку – «хлебом», договорившись «снять пробу» в ближайший обед.
«Смотрика ты», – умилился внутренний голос. – «Галкато наша прямо на глазах превращается в человека! Не сачкует, трудится в поте лица. Прав был незабвенный дедушка Дарвин: труд на благо коллектива, он любого индивидуума облагораживает нешуточно …».
Пугач сидели на берёзовом брёвнышке в нескольких метрах от Галины, спиной к Егору, и о чёмто негромко говорил, скупо жестикулируя при этом руками. Не доходя до атамана метра три с половиной, Егор остановился и громко кашлянул.
Спина Пугача невольно дёрнулась и чуть заметно напряглась, он очень медленно встал на ноги, неуверенно развернулся.
– Привет, Емельян! – Егор коротко кивнул головой. – Каким ветром тебя занесло к нам? Новости принёс свежие? Или так, по личным делам?
– И тебе, начальник, не хворать! – криво улыбнулся атаман. – И новости есть. И по личным, сугубо приватным делам. Куда же без них?
Галина неопределённо хмыкнула, демонстративно глядя в сторону и не прекращая помешивать щепкой в чугунке, потом сообщила:
– Командир, обед будет готов через пятнадцать минут. Звать наших?
– Вот через пятнадцать минут и подашь условный сигнал, – благодушно ответил Егор и очень внимательно посмотрел на Емельяна. – Нам ведь с тобой, атаман, хватит пятнадцати минут для толковища? Вот и хорошо…. Потом и пообедаем вместе. Не побрезгуешь ведь? Тогда давай отойдём в сторонку, чтобы не мешать нашей поварихе…
Они расположились на крохотной круглой полянке, в пятидесяти метрах от грибоварни, расселись друг напротив друга: Егор на большом замшелом валуне, Пугач непринужденно оседлал толстый сосновый пенёк.
Выглядел атаман сегодня совсем подругому, не так, как в прошлый раз. Вместо неряшливого овчинного полушубка наличествовал чистенький, почти новый чёрный ватник, толстую шею плотно облегал воротник рубашки защитного цвета, застёгнутой на все пуговицы. На ногах гостя красовались форменные офицерские брюки, заправленные в щёгольские сапоги яловой кожи. Емельян был аккуратно причёсан, и, самое удивительное, выбрит до синевы. Вполне даже приличный вид: этакий председатель успешного сельскохозяйственного кооператива, из отставников.
– А
