Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
нездоровой паники и суеты не наблюдалось, лица у соратников и соратниц были сосредоточенными и, в общем, спокойными.
Раздавая чёткие команды, Егор, как советовала в своей записке Наташка, внимательно присматривался к глазам подчинённых. Холодные такие глаза, безжалостные, без страха и упрёка…
Незаметно прошло полтора часа – примерно, конечно же, сугубо по ощущениям, часовто ни у кого не было….
Очень медленно, зловеще и угрожающе заскрипев, приоткрылась входная дверь в пещеру, наружу выглянула Санька, нашла глазами Егора.
– Всё, пора начинать! Больше ждать нельзя, через полчаса уже будет поздно…. Давайте, зажигайте светильники и факелы. Светильники расставляйте на стеллажах, факелы закрепляйте на стенах – вокруг Петькиного матраса. Только, прошу, очень тщательно закрепляйте, чтобы во время операции горящие факелы не падали под руку…. Быстро заносите в пещеру всё остальное! Пилыто хорошо прокалили, халтурщики? Смотрите у меня! Обе тащите – на всякий случай…
Из мужской спальной камеры (для размещения в пещере по семейному принципу помещений попросту не хватало), были вынесены все вещи и спальные принадлежности, только одинокий пухлый матрас Нестеренко был вытащен на самую середину. Рядом с матрасом – на неровных камнях пола – лежал одинокий прямоугольный обрезок широкой берёзовой доски.
Егор и Сеня Браун, пощёлкав кремниевыми кресалами, оперативно разожгли светильники, от них подожгли факелы, расставили осветительные приспособления по стеллажам и закрепили на стенах – как смогли. В подземном зале стало достаточно светло, на тёмных каменных стенах беспорядочно заплясали уродливые и зловещие тени…
Пётр, тем временем, пришёл в себя и смотрел на происходящее, часточасто моргая, с нескрываемым и липким страхом.
«Только лишь – с элементарным страхом!», – непроизвольно отметил про себя Егор. – «А, должен, если хорошенько подумать, взирать на всё это дикое безобразие – с откровенным животным ужасом, громко вопя и непрестанно визжа …».
– Правую руку будите отпиливать? – робко, дрожащим голосом спросил Пётр. – Нельзя какнибудь подругому? А, Сашенька? Очень будет больно? По локоть отрежете, выше?
– Обязательно будем пилить, нельзя иначе, помереть можешь. Отпилим по самое плечо, – невозмутимо и спокойно сообщила Санька. – Так, мне требуется пятеро серьёзных помощников: двое сидят на его ногах, двое надёжно держат вторую руку, плечи и голову, ктото крепко прижимает к берёзовой доске ампутируемую руку, ктото своевременно подставляет посуду под кровь, потом реально помогает мне бинтовать…, – вопросительно и сердито посмотрела на Егора. Мол, кто тут у нас – строгий и уважаемый командир? Не спи, бравый, расставляй народ по номерам!
– Значится так, господа и дамы! – Егор задумался на парутройку секунд. – На ногах сидят Галина и Юля, я и Генка держим плечи, вторую руку и голову, Вера Попова – на подхвате…
– Не понял, а я? – искренне возмутился Сеня Браун, щёки которого даже побелели от праведного гнева. – А – я? Тут же необходима мужская сила! Не понял!
Егор, коротко вздохнув, протянул Симону браунинг:
– А ты, дружок, идёшь наружу, внимательно наблюдаешь за округой и очень тщательно охраняешь всех нас – от появления возможных коварных супостатов. Задача ясна? Тогда действуй! Я надеюсь на тебя!
Сеня, понятливо кивнув головой, торопливо проследовал на выход, тщательно прикрыв за собой дверь.
– Егора! – негромко позвала Сашенция. – Подойди, пожалуйста! – протянула нож – ручкой вперёд, как и полагается. – Отрежь у моей рубашки рукава, чтобы не мешались.
Пока Егор возился с рукавами, Санька тихонько попросила:
– Отключи его, пожалуйста. Сделай так, чтобы Петька потерял сознание. Желательно – надолго. Ты же умеешь…
Вера Попова, склонившись над Нестеренко, проникновенно шептала ему в ухо чтото успокаивающее, ласково поправляя на Петькином лбу спутанные волосы. Егор медленно обошёл матрас, резким движением надавил указательными пальцами на болевые точки, расположенные за ушами Петра. Нестеренко болезненно дёрнулся и застыл, его голова безвольно запрокинулась.
– Самый обычный наркоз! – печально улыбнувшись, коротко пояснил Егор испуганно отшатнувшейся Вере.
Тщательно помыв руки в горячей воде, используя вместо мыла барсучий жир вперемешку с печной золой, Сашенька заявила – голом всемогущего диктатора:
– Всё, занимаем места – согласно купленным билетам! И смотрите у меня, славяне! Чтобы без всяких там слюнявых истерик и прочих глупостей…
Вспомогательный медперсонал, чуть испуганно переглядываясь между собой, дисциплинированно проследовал на позиции, заранее предусмотренные
