Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
двадцать, когда фосфорная головка застыла, я чиркнул спичкой об стенку… Сейчас сам всё увидишь! У меня там ещё с утра два десятка новых спичек выложены на просушку…
Через массивную чёрную дверь они попали в лабораторию: высокие стеллажи, забитые колбочками и бутылочками, весы – самых разных размеров и конструкций, нагревательные спиртовки, в углу – обычные слесарные тиски.
– Вот они, спички! – с гордостью указал Яков на узенький столик. – Бери, пробуй!
Егор взял со стола лучинку, один конец которой был покрыт твёрдой коричневой массой, осторожно чиркнул о ближайшую оштукатуренную стенку, на кончике лучинки охотно загорелся яркий, но достаточно неприятно пахнущий огонёк.
– Здорово ведь? – возбуждённо спросил Брюс. – Данилыч, давай откроем с тобой спичечную фабрику, а? На паях, как полагается…
– Может, и откроем! – пожал плечами Егор. – Неплохо бы и патент какой оформить в Европах… А мне этот славный состав нужен совсем для другого: кончики коротких фитилей ручных бомб тщательно пропитывать буду им…
После того, как с Венгерским было покончено, Егор предложил открыть при Преображенском полку оружейную лабораторию. Яков с радостью поддержал и эту идею:
– Разве можно хорошее оружие закупать только за границей? И своё надобно придумывать, чтобы не хуже немецкого и англицкого было… А, допустим, мы с тобой придумаем чего дельного. Где это производить? Нет ведь толковых заводов оружейных…
– Откроем, не сомневайся, братишка! – заверил приятеля чуть захмелевший Егор. – И в Туле откроем, и на Москве…
На испытания новых ручных бомб Егор (через неделю) позвал Петра, Гордона, Лефорта, фон Зоммера, Головина, Брюса, Бориса Шереметьева, да и других ещё…
Многочисленные зрители разместились на вершине пологого холма, склон которого зарос молоденькими редкими сосёнками.
– Вот, господа мои! – обратился Егор к присутствующим, предварительно запихав в свои уши льняные затычки: – Представьте себе, что это не сосны, а коварные вражеские солдаты, штурмующие наши позиции. У меня две корзины ручных бомб, я обороняюсь… Готовы? Тогда – поехали…
Он взял из корзины первую метательную бомбу, провёл кончиком короткого и жёсткого фитиля по рукаву камзола, бросил, взял вторую… Взрывы загремели один за другим, постепенно сливаясь в один сплошной гул, зрители, как по команде, дружно пригнулись к земле, затыкая уши пальцами…
«Ручные бомбы – совершенно дурацкое название! – совершенно некстати подумал Егор, не прерывая своего важного занятия. – Надо будет приказ издать по полку, чтобы с завтрашнего дня все называли эти устройства – „гранатами“, а ещё же их можно начинять всяким, например, рублеными бронзовыми гвоздями…»
Гранаты, наконец, закончились, Егор спокойно вытащил из ушей льняные затычки, снова обратился к зрителям, показывая рукой на склон холма:
– Как видите, уважаемые господа, большинство вражеских «солдат» убито. Было около двухсот сосёнок. Сколько сейчас? Раз, два, три, четыре… Больше не вижу! Предлагаю и все другие полки вооружить такими гранатами!
Пётр был очень доволен: громко хвалил Егора, ставил другим в пример, целовал в дёсны, пообещал наградить орденом, даже деревню пожаловал – с тремястами душ крепостных.
Деревня, которая по совершенно уж странному совпадению называлась Александровкой, была крепкой и зажиточной (когда следовали в Воронеж и обратно, то проезжали через неё), с большим, почти новым господским домом, а прежний её хозяинпомещик вместе со всей семьёй был отправлен царём в вечную сибирскую ссылку – за саботаж при строительстве воронежской флотилии…
А ещё через неделю Егор объявил Петру о своей скорой свадьбе:
– Мин херц, ремонт в доме я уже закончил, мебелью заставил заморской… Мы тут с Иваном Артёмычем немного посовещались, вот думаем, что после Крещения – самое время и справить свадьбу… Ты как – не возражаешь?
– А я что? – скорчил недовольную гримасу царь (после известных событий он разлюбил посещать свадьбы). – Играйте, конечно! Заеду обязательно, чарку подниму заздравную, вручу подарки…
На следующем семейном совете (Егор плюс Бровкины) решили свадьбу устроить скромную и простую.
– Гордыня и спесь – грехи страшные! – нежно поглаживая свою бороду, поучал Иван Артемич. – За ними следом зависть крадётся людская, а за завистью – беды всякие. Скромность же любого украшает: и владыку всемогущего, и холопа последнего…
Венчание состоялось в маленькой безымянной деревянной церквушке рядом с Покровскими воротами, праздновали же в отремонтированном каменном доме, малым кругом верных друзей. Гостей было всегото человек шестьдесят пять, что по тем временам, да и по должностям
