Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
Вытащенный карасик весил грамм двести пятьдесят, и по сравнению с великолепными осенними трофеями выглядел сущим мальком.
– Ничего, отличная добыча! – он лукаво и весело подмигнул цыгану. – Вопервых, конец февраля – самое неподходящее время для рыбной ловли, рыба ещё не вышла из зимней спячки. А, вовторых, именно при жарке мелкой рыбы и образуется она, толстая и золотистая корочка…. Санька должна быть довольна! Пусть наслаждается своей корочкой и усердно обсасывает косточки с плавниками …
Карасик, второй, третий, дело спорилось…. Наконец, и Платон вытащил свою первую рыбёшку – трехсотграммового линя, переливающегося на зимнем солнышке всеми цветами радуги.
– Какая неземная красота! – совершенно подетски восхитился старик. – Никогда не видел ничего подобного! – он бросил пойманного линя в общую рыбную кучку, опустил мормышку со свежим короедом в «лунку», бросил удочку на снег и неуверенно затоптался на одном месте.
– Что, шеробароно, хочешь сказать мне чтото важное? – спросил Егор, не оборачиваясь и не переставая потряхивать грубым удильником. – Говори, не стесняйся, старина!
– Красивая у тебя жена, Егор Петрович, – неожиданно заявил Платон.
– Полностью согласен с тобой, очень и очень красивая…
Помолчали, наконец, старый цыган решился продолжить:
– Только вот, очень уж сосредоточенная, будто знает чрезмерно много…. И очень беспокоится изза этого…
– Можно поподробней?
– Поподробней? – грустно усмехнулся Платон. – Если бы я знал…. Только ощущаю всякие флюиды, так сказать, не более того…. Твоя Александра – женщина очень решительная и удивительно цельная, всегда и во всём идёт до самого конца. А сейчас она сомневается…. Вернее, не сомневается, а очень сильно опасается. За судьбу будущего ребёнка, за тебя, командир, за вашу любовь…. Понимаешь?
Егор ловко вытащил «изподо мха» ещё одного карасика, ловко снял его с крючка и внимательно посмотрел на старого цыгана:
– Не ты первый, шеробароно, заводишь со мной этот странный разговор. Да я и сам чувствую – нечто…. Может, мне стоит попробовать – поговорить с Санькой по душам? Вопросы ей позадовать лобовые?
– Не стоит, пожалуй, – отрицательно помотал головой Платон. – Я же сказал: твоя жена – очень цельная натура. Навязчивые вопросы не приведут ни к чему хорошему: Александра тут же, как виноградная улитка, спрячется в свою раковину, замкнётся…. Не её эта тайна. Она Слово давала – молчать как речная рыба…. Но намерения у твоей жены – благие и благородные. Это совершенно точно! В нужный, урочный час Александра сама тебе расскажет обо всём. Когда молчать уже будет нельзя…. Да и беременная она, опять же. Не стоит беременную женщину беспокоить и нервировать неясными и призрачными подозрениями…
Карасик, седьмой, восьмой, девятый…. Неожиданно Платон стал собираться к дому.
– Что с тобой шеробароно? – забеспокоился Егор. – Ещё же целый час можно спокойно рыбачить. Да и клевать стало почеловечески, рыба крупная подошла. Посмотри, последний карась уже потянет грамм на восемьсотдевятьсот! Или плохо чувствуешь себя?
Цыган успокаивающе улыбнулся:
– Да нормально всё, Егор Петрович! Просто не хочу висеть у тебя гирями на ногах: ходокто из меня – аховый…. Пойду потихоньку, прихвачу с собой пойманную рыбу, наберу по дороге немного рябины, если жадные снегири ещё не всю склевали. Мороженая рябина, она в компоте очень хороша. Если, конечно же, её добавлять в меру…
Заскрипели о подтаявший снег снегоступы, Платон медленно и устало побрёл по направлению к пещере. Егор вяло тряс удочкой, поигрывая мормышкой у самого дна, но рыболовный азарт уже окончательно прошёл: он размышлял о словах старого цыгана, пытаясь найти в них какойто скрытый смысл, спрятанный, такое впечатление, гдето под самым носом…
Последовала очередная поклёвка, Егор машинально подсёк, с радостью почувствовав, как в глубине, на том конце лески, ходит кругами очень крупная рыба…
Неожиданно уши заложило от какогото странного звука: то ли от громкого разбойничьего посвиста, то ли – от визгливого волчьего воя…. Он обернулся: тёмная фигурка в ста пятидесяти метрах – это Платон, над его головой висел яркий «солнечный зайчик» – это беспилотник, от которого вниз быстро двигалась, визуально ускоряясь, белая полоса, это…
Мгновенно отбросив удочку в сторону, Егор бросился на снег, обхватив голову руками. Раздался сильнейший взрыв….
Выждав шестьсемь секунды, он вскочил на ноги и побежал – что было сил – в сторону, где ещё совсем недавно виднелась спина цыгана. На пятом шаге провалился почти по пояс в рыхлый снег, вернулся, торопливо нацепил лыжи…
Платон неподвижно лежал на спине, беспомощно раскидав
