Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
и здравый смысл, здесь абсолютно не причём.
– Тогда, кто – причём?
– Если бы я знал! Думаю, что исчерпывающие ответы – на все интересующие нас вопросы – мы получим только в самом финале этой запутанной и неординарной пьесы…
– Хорошо бы ещё, – после минутного молчания высказался Генка, – узнать и имяфамилию драматурга, который это всё придумал и воплотил в жизнь…
Ещё через два часа вернулись ПоповыБрауны.
– Ничего мы не нашли интересного, командир! – Сеня извиняющимся жестом развёл руки в стороны. – Сплошная темнота. А в полукилометре от этого места – десятиметровый водопад ревёт…
– Не водопад, а сплошная мясорубка! – неуютно передёрнув плечами, добавила Вера.
Егор решил отложить переправу на противоположный берег часов на семьвосемь:
– Всем необходимо отдохнуть. Поэтому сейчас обедаем и ложимся спать. Дежурство – и охранное, и детское – в соответствии с заранее разработанными планамиграфиками…
Егор, неожиданно ощутив смутное беспокойство, проснулся, не открывая глаз, пошарил рядом рукой: жены, спавшей под его правым боком, не обнаружилось.
Он торопливо сел, протёр глаза, осмотрелся. Генка Федонин – в компании с «Калашниковым» и сосновым факелом – неторопливо прогуливался по берегу подземной реки, дисциплинированно посматривая по сторонам. В детском манеже – на ровной площадке, тщательно застеленной медвежьими и бобровыми шкурами и огороженной досками – радостно ползали четыре здоровых малыша. Рядом с манежем, восторженно агукая, стояла Вера Попова.
«Где же тогда Сашенька?» – удивился внутренний голос.
Отойдя метров на семьдесят в сторону от лагеря, он быстро справил малую нужду и пошёл к реке – чтобы умыться со сна, подсвечивая себе газовой зажигалкой, выданной ещё в Алёховщине людьми добрейшего профессора Попова. Неожиданно его глаза наткнулись странную цепочку следов.
– Очень уж похожи на барсучьи, – негромко пробормотал Егор. – А что? Жаренная барсучатина нам совсем не помешает. Мало того, что это очень вкусно, так ещё и полезно, как уверяет Сашенция. Мол, выводит из организма излишки вредного холестерина…
Минуты через тричетыре следы привели его к круглой норе, расположенной под неровным гранитным валуном, щедро поросшим тёмнофиолетовым лишайником.
«Вот же, не повезло!», – мысленно сплюнул Егор. – «Выкури теперь его оттуда, попробуй! Можно, конечно, попробовать. Да времени жалко…».
Он уже совсем было собрался пойти обратно, когда гдето в островерхих скалах послышалось негромкое и подозрительное бормотание.
Сняв с предохранителя извлечённый из кармана браунинг, Егор на ощупь двинулся на этот еле слышимый звук, завернул за очередной скальный нарост и увидел впереди крохотный светлый огонёк, прерывисто мигающий в вязкой черноте. Дальше он двинулся уже со скоростью старой беременной черепахи, стараясь не издавать ни малейшего звука.
Постепенно неясное бормотание трансформировалось в мелодичные женские голоса. Когда Егор осторожно выглянул изза очередного гранитного валуна, его взгляду открылась интересная картинка: широкая и просторная «полянка» среди густого каменного «леса», посредине которой чётко просматривались – рядом с ярко горящим факелом – две женские, очень даже знакомые фигурки.
«Сашенция и Галка БыстроваПугачёва – двойная вдова! – уверенно опознал девиц внутренний голос. – «Чего это они делают здесь? Как бы опять не подрались, с них станется…».
Ближе было уже не подойти, поэтому тема женского разговора так и осталось неразгаданной тайной. Но одно не вызывало никаких сомнений и, одновременно, удивляло: Санька и Галина вовсе не собирались ругаться! Наоборот, они беседовали как две лучшие закадычные подружки и, изредка пересмеиваясь и обмениваясь понимающимися улыбками, чтото по очереди увлечено рисовали шариковой ручкой в блокноте. Более того, на лице Галки, потерявшей совсем недавно своего гражданского мужа, отца её крохотной дочки, не наблюдалось даже малейших следов скорби: серебристый смех звучал весело и откровенно беззаботно.
– Вот и пойми этих женщин…, – бормотал себе под нос Егор, осторожно отступая по направлению к речному берегу. – То дерутся, то опять дружат, то безудержно скорбят, то смеются, как ни в чём не бывало…. Артистки – одно слово…
После плотного завтрака началась долгожданная переправа через подземную реку. Лодка была просторной, да и их было совсем даже немало, плюсом – рюкзаки и заплечные мешки с вещами и продовольствием. Поэтому Егору пришлось сделать шесть рейсов – туда и обратно.
– Какое сильное течение! – опустив руку в воду, удивлялся Генка, которому выпало быть последним пассажиром. – Хорошо ещё, что лодка
