Егору Летову, профессиональному военному, предложен контракт, от которого невозможно отказаться. Гонорар — миллионы долларов. А вот задание… Он должен отправиться в прошлое и стать телохранителем Императора Всея Руси Петра Алексеевича, которого очень хотят прикончить нехорошие инопланетные спецслужбы.
Авторы: Бондаренко Андрей Евгеньевич
и одиноким венским стулом. Засыпая, он уже заранее знал, какой сон ему приснится ночью…
Скрипучая кибитка, первая – из десятка других – неторопливо катилась по кочковатой молдавской степи. Неправдоподобно большое, нежномалиновое солнце уже наполовину высунулось изза далёкой линии горизонта.
– Эх, хороша ты, вольная жизнь! – от души высказался Богдан, звавшийся когдато глупым именем «Егор». – Здравствуй, цыганское поле! – обернулся назад, где едва угадывалась в туманной дымке узкая полоса Днестра. – Вот и нет у нас больше Родины…. У цыган её никогда и не было…
Мелкие пичуги радостно и звонко возвестили о наступлении нового дня.
Обычного дня? Счастливого? Горького? Последнего? Кто знает….
Пахло родниковой водой, цветочным разнотравьем и молодым липовым мёдом.
– Вы окончательно решили – стать цыганами? – небрежно спросил Тадэуш, доставая изза голенища низкого кожаного сапога свою чёрную, загодя набитую курительную трубку. – Думаешь, подругому вам не спрятаться? Да, трудное дело.… Ох, много народу вас ищет! Ох, много.… Как же можно уйти оттуда – откуда уйти нельзя, невозможно? Так как, навсегда останетесь цыганами?
Богдан хотел ответить сразу же, но вовремя опомнился: не принято было у настоящих цыган демонстрировать лёгкомысленный подход к жизни. Особенно, когда дело касалось понастоящему важных вопросов, особенно – на тихом малиновом рассвете…
Никуда не торопясь, он выкурил мятую сигарету, достал из внутреннего кармана безрукавки тонкую фляжку из нержавейки, отвинтил крышку, наполнил рот ароматным напитком, покатал туда сюда, ещё – покатал, проглотил.
– Молодец! – одобрил Тадэуш: – Зубной пастой цыгане никогда не пользовались. Коньяк, да дубовые зубочистки – вот наша гигиена ротовой полости…
Помолчали.
Изза ситцевого полога, отделяющего козлы от внутренней полости кибитки, раздались негромкие детские всхлипы, послышался успокаивающий женский шёпот.
Тадэуш светло улыбнулся:
– Молодец у тебя Санька! Ой, извини, Зара…. Молодец! Ребёнок её разбудил, а она его успокаивает на цыганском языке …. Да, всё у вас получиться!
– Через неделю уже будем в Румынии? – небрежно спросил Богдан.
Старый цыган отрицательно помотал головой:
– Нет, рановато ещё! Завтра дойдём до реки, встанем там лагерем на месяцдругой…. То, что в России и Молдавии проходило, для Румынии не катит. Румыния – цыганская страна.…И цыганским языком позанимаемся, и прочим: женщины – гаданьем, мужчины – походной кузницей. А ещё займёмся основами санскрита…. Как это – зачем? Настоящий цыган, он многое должен знать и уметь…
Наконец, Богдан ответил – как будто между прочим, словно бы о совсем неважном, ерундовом:
– Нас будут искать все и всегда. Все и Всегда…. Обычному человеку не спрятаться от Них. Никакие липовые документы не помогут, обязательно вычислят. У цыган же настоящих документов нет. А если и есть, то все временные, из нескольких инстанций, попробуй, проверь…. Нам, Тадэуш, обязательно надо стать цыганами! Иначе всё, конец: поймают и всех распихают по тайным лабораториям – в качестве пошлых подопытных кроликов…. Понимаешь?
– Этото я как раз понимаю, – через несколько минут откликнулся цыган. – Я другого совершенно не понимаю! Помнишь у вас, русских, когдато был такой фильм – «Табор уходит в небо»? Что за дурацкое название? В небо уходят – наши горести, сомнения, ошибки, ночные страхи…. А цыганский табор, он всегда уходит – в Рассвет…
Две старые лошадки, синхронно махая тощими хвостами и опустив лохматые головы к влажной земле, усердно тащили кибитку прямо на неправдоподобно большое, нежномалиновое солнце, уже полностью выплывшее изза линии горизонта…..
Он окончательно проснулся, но ещё минут пятьшесть полежал с закрытыми глазами, вспоминая все мельчайшие детали этого необычайно яркого и реалистичного сна.
«Да, было бы совсем неплохо, окажись этот сон вещим!», – раздумчиво высказался внутренний голос. – «А, что такого? Постранствовать с цыганским табором по Западной Европе – самое милое дело! Интересно, познавательно, любопытно, круто.…Только вот, полный облом, братец! Совсем ничего не получится! Как это – почему? Ты разве ничего не слышишь? Подозрительного там, необычного?».
Егор прислушался. Действительно, звуки, долетавшие снаружи, изза рассохшейся оконной рамы, были, по меньшей мере, странными. Гул мощных автомобильных моторов, гудки клаксонов, восторженные людские голоса, говорящие
