Двойник Светлейшего. Гексалогия

с выражением. Чтобы я лучше понял и осознал.
– Может, не надо?
– Надо, Егорушка. Надо!
– Ну, если, хочешь…
Егор откашлялся и – как просили – зачёл:

Зелёная поляна
Как в сказке – Недотрога.
Рассвет ещё в дороге,
И Тени мирно спят.
На облаках огромных
Тихонько дремлют Боги,
Их храп красив и нежен,
Как лапы у котят…
Когда, сдвигая Тени,
По небу солнце мчится,
И раненой волчицей
Душа моя хрипит,
Тогда, уже под вечер,
Всегда и непременно,
Фантом Любви приходит,
Со мною говорит…
Фантом – Любви ушедшей,
Чья смерть – подобна крику…
Зелёная поляна
Вновь ягоды полна.
И Тени, без обмана,
Кусают землянику.
Любви сгоревшей Тени,
Ушедшей – навсегда…

После минутного молчания Афанасий, хмыкнув, подытожил:
– Красиво, однако. Даже завораживает слегка. Только, вот…
– Чтото ни так?
– Значит, уже окончательно попрощался со своей Любовью? Расставил все жирные точки – над крошечной буковкой «и»?
– Нет, конечно же, – неуверенно улыбнулся Егор. – Просто – дань ночным переживаниям. Ночь, как известно, очень мрачное и печальное время суток. Больше не буду – мысленно опережать реальность.
– Улыбаешься, Странник? Что же, неплохо. Вселяет некую надежду…. Ладно, проехали. Сочиняй стишки, сочиняй. Это дело хорошее и, однозначно, позитивное. Не каждому дано…
Когда Егор уже впрягся в рюкзачные лямки, старый чукча протянул ему толстую пачку денег.
– Зачем это? – брезгливо поморщился Егор. – Деньгами разжиться – в людном месте – не проблема. Я имею в виду, для подготовленного и опытного человека.
– Не сомневаюсь ни на секунду, – недовольно поморщился Афоня. – Все супермены – они такие. Ради пользы дела и на кровавый разбой способны. Но время нынче надо беречь. Да и рисковать – лишний раз – не стоит…. Бери, бери! Со мной потом Светлая Тень рассчитается сполна. На Небесах, понятное дело…. Всё мои наставления и советы помнишь, Странник? Куда идти, кого искать, что говорить?
– Помню, Афанасий Афанасьевич. Спасибо тебе за всё!
– Не стоит того. Я тебе помог. Ты – в свою очередь – поможешь хорошим людям. На этом и держится наш Мир…. Прощай, Странник! Иди! Да не оставит тебя в пути – Светлая Тень…
Примерно через пятнадцатьсемнадцать километров путь ему преградила высокая горная гряда, обрывавшаяся прямо в серозелёное море.
– Чёрт, крутизнато какая! – расстроился Егор. – Видимо, придётся делать крюк вдоль гряды, а потом подниматься – по крутому склону – до седловины. В такую тёплую погоду – удовольствие ниже среднего…
Он шёл по узкой извилистой тропе. Справа возвышалась обрывистая неприступная круча, слева громко шумел, спрятавшись в глубоком горном каньоне, невидимый ручей.
«Неуютное и однозначноопасное местечко», – мысленно отметил Егор. – «То бишь, можно идти – либо вперёд, либо – назад. Путь в стороны заказан…».
Почувствовав – чутким спинным нервом – смертельную опасность, он мгновенно кинулся к круче и плотно прижался грудью к высоченному вертикальному валуну. И, как вскоре выяснилось, вовремя.
Сверху донёсся неясный шум, неуклонно переходящий в глухой ропот, после чего со скал хлынул каменный поток. Большинство камней пролетело мимо уступа, направляясь прямиком в горный каньон, где шумел ручей. Но несколько крупных базальтовых валунов упало в непосредственной близости от того места, где всего несколько секунд назад находился путник.
– Что же это такое, а? – ошарашено прошептал Егор. – Случайно, в самом начале побега, нарвался на сторожевой пост? Или же мы имеем дело с самым обычным природным явлением? То бишь, с обыкновенным и естественным камнепадом?
Прошла минута, вторая, пятая…. Ничего не происходило. Вокруг было тихо, только сонный ручей – в глубоком каньоне – продолжал о чёмто упрямо вздыхатьбормотать.
Наконец, посчитав, что опасность миновала, Егор отошёл от спасительного валуна на несколько шагов, задрав голову, с опаской посмотрел на кручу и неожиданно встретился взглядом с чьимито янтарножёлтыми, немигающими глазами.
«Это же – матёрый горный баран!», – отметился