в два миллиона.
— Не нужно мне этих денег. — Отрезала Маша, захлопывая крышку ноутбука. — Пропади они.
— Аппарат мне не ломай. — Андрей подвинул к себе компьютер, пощелкал мышкой, удовлетворенно прислушался к тихому шелесту работающего винта, и ткнул кнопку извлечения диска. — Держи свое сокровище. И не вздумай выбрасывать.
— Слушай… А давай мы эти два миллиона в какой ни будь фонд отдадим. — Отыскала, как ей показалось, она самое приемлемое решение.
— Ага… то-то я в каждой газете читаю: то одного чиновника, то другого за хищение под суд отдали. Украдут и не поморщатся. Хотя… тебе решать. Хочешь, отдай.
— А вот еще вариант. Можно на эти деньги… — Маша мстительно сощурилась, — можно на эти деньги киллера нанять, что бы он Боксера поганого и дружков его поганых застрелил.
— Можно. — Отозвался Андрей, занятый своими мыслями. — Только это уже без меня. Я этих бандитствующих тварей, говоря политкорректно, тоже очень не одобряю, только есть у меня сильное подозрение, что… кинут тебя исполнители. Для них так поступить куда проще выйдет. Авторитета грохнуть, пусть он и не московского разлива, это знаешь, не за хлебушком сходить. А у тебя деньги выманить — пара пустяков.
— Ты знаешь, я уже спать хочу. Давай завтра со всем этими миллионами твоими разберемся… — Ляпнул Андрей. — Придумаешь еще, как их с шиком потратить.
— Моими?! — Неожиданно вспыхнула Маша. — Они маму убили, а я на эти деньги шиковать буду?!
Она схватила коробочку, лихорадочно, едва не ломая ногти раскрыла ее и хрустнула диском. Брызнули, разлетаясь в стороны обломки зеркально серебристого пластика.
— Вот!
— М-да. Недолго музыка играла… — Меланхолично пробормотал Андрей. — Зачем все то? Могла бы хоть тысяч сорок на жизнь снять, а потом бы и кокнула, если тебе так захотелось.
— А раньше сказать не мог? — Рявкнула девчонка. — Вот и сиди теперь…
— Да мне-то что. — Андрей вновь зевнул, прикрыв рот ладонью. — Твои деньги… были. Ты теперь и сиди.
— Вот и буду!
— Вот и сиди.
— Стоп. — Отрезал он. — Признаю и капитулирую. Последнее слово остается за тобой. Два лимона они любое слово перевесят. Успокойся. Давай уже и правда, спать ложиться. А то соседи на нас администратору телегу напишут.
Маша не ответила. Встала и прошла к выходу из номера.
— Сам сиди. А я и не волновалась. — Донеслось из-за неплотно прикрытой двери.
Андрей улыбнулся, дернув уголком губ, поднялся, прошел к окну, отодвинул штору. Взглянул на светящиеся огоньки окон соседнего дома, посмотрел на скупо освещенный двор, плотно, одна к одной, заставленный разномастными авто.
— Надо-же, повезет кому-то. С такой женой налево гулять себе дороже выйдет. Не дай Господь прихватит. Сперва всю обойму всадит, потом только объяснит, что не прав был.
— И вновь, подчиняясь неизвестно какому повороту подсознания, вспомнил свою старую, рыжую, с белыми пятнами, кошку.
Он поднял голову вверх, к темному беззвездному, затянутому черными облаками небу. — Ничего, Муська, если есть у вас там кошачий Рай, тебе там наверное хорошо. А вот у меня еще все впереди. И знаешь, если честно, страшновато как-то.
На следующее утро после столь богатого на события дня они, не сговариваясь, старались даже и не вспоминать о произошедших накануне событиях.
Давно запланированная поездка к кудеснику рекламы едва не сорвалась из-за забивших столичные улицы машин. Ехать на такси, Андрей, глянув на стоящие в мертвой пробке машины, категорически отказался.
— Полдня проторчим. — Ткнул он пальцем в истошно гудящую и мигающую толпу разномастных автомобилей, и решительно направился в направлении станции метро.
— Ты же звезда, тебя в метро на сувениры растащат. — Перепугалась Маша.
— Да кому я нужен. Тем более что никто в таком виде и не узнает. — Андрюша обычно в лосинах, и волчьей шубе выгребал. Да еще с макияжем.
И как вскоре показали события, угадал Андрей на все сто. Всего за сорок минут они сумели доехать до нужного адреса абсолютно неузнанными. Никто не косился на Андрея, и тем более не тыкал пальцем. Ну, едет себе в вагоне дорого и стильно одетый паренек со своей подружкой, кому какое что…
Офис легендарного имиджмейкера Андрея не вдохновил. Обычная, не слишком просторная комната. Одна из сотен прочих, разместившихся в высотном здании Медиацентра. Куча глянцевых журналов на заляпанном кофе столе, тихо журчащий кулером компьютер в углу, и толстенький, вальяжно развалившийся в мягком кресле перед громадным экраном монитора мужчина, помятостью лица крепко смахивающий на профессионально пьющего сантехника. От представителя
