Андрей отключил телефон и продиктовал водителю адрес.
— Так вы, значится и есть, этот… который вместо Питерского целый месяц всех за нос водил. — С интересом глянул на Андрея шофер. — Молодец, парень.
— Неужели и вы за всей этой музыкальной помойкой следите? — удивился Андрей осведомленности таксиста.
— Да не… — Даже смутился тот. — У меня дочка, на попсе повернутая. Вот и рассказала. А потом и в новостях про это было. И песни там… Не ну правда. О покойниках плохо нельзя, но истины ради, певец он, конечно фуфловый был, но последние то песенки, вроде ничего. Может и выправился бы. Жаль только, что убили. — Довольно несвязно пояснил водитель.
— А кто убил, в смысле, за что? — в свою очередь поинтересовался Андрей.
— Да кто его разберет. — Водитель глянул в зеркало заднего вида, щелкнул ручкой указателя поворота, — там, ты правильно сказал, помойка та еще. Вроде как деньги он у кого-то занял, да не отдал. Я точно не знаю. Так, слышал краем уха. — Водитель
А что… он мог. — Андрей вспомнил слова дознавателя. — Руслан мужчина серьезный. Только вот с Машей-то ему делить вовсе нечего. Скорей можно неприятностей от неведомого Боксера ждать. Хотя… тоже не факт. Какое ему дело до сумасшедшей девчонки, тем более ее уже в камеру заперли.
Так может я и вовсе зря всполошился? Может и нет никакой угрозы?
Задумавшись он перестал следить за дорогой, и очнулся только когда машина остановилась у знакомого ангара. Рассчитался с таксистом, и двинулся внутрь.
— Петрович встретил его настороженным молчанием. Поднялся, не зная, как вести себя с непонятным гостем.
— Здравствуй. — Андрей прошел в заставленную аппаратами комнату. — А Кузьма где?
— Едет. — Хмуро отозвался хозяин. — Только он… , он сам хотел с тобой поговорить.
— Ага, ну понятно, платить оно всегда неприятно. Тем более, когда уже вроде и не нужно.
— Да это Кузьма все, — смутился музыкант. — Он говорит, что в своих старых записях где-то похожие темы откопал.
— Еще-бы не откопал, когда я спел. — Хмыкнул Андрей, изобразив презрительное недоверие. — Так-то и я могу… а вот Мурку слабо?
— Чего? — удивился Петрович.
— Совсем серый, цитату из классики не узнаешь. Ладно. Дождемся твоего памятливого, разберемся. — Вообще-то Андрей вполне допускал, что у этого, здешнего Кузьмина эти песни наверняка могли, вернее даже обязаны были вызвать чувство узнавания, и потому вовсе не удивился его сомнениям.
Кузьма появился минут через пять. Собранный, и явно намеренный отстаивать свое внутреннее убеждение, он взял с места в карьер. Вкратце суть его выступления можно было свести к краткой фразе: «Идите в сад… и никаких денег».
— Ты парень вообще — никто. Шарамыжник. Одного попытался развести — не вышло, теперь к нам, сюда пришел. Так здесь дураков нет. — Отрезал он.
— Ладно, Серега, не кипятись. — В душе Андрей и сам признавал шаткость своих притязаний. Да он собственно и не собирался требовать с музыканта никаких денег. Замысел был в другом: Попросить помощи. Идея была, конечно наивная, но могла и сработать. В том, его мире Кузьма, насколько помнил АндрейБыл вхож в высокие кабинеты, и вполне мог посодействовать в вызволении Маши. Но при таком раскладе просить было бессмысленно.
— Твое-значит твое. — Криво усмехнулся Андрей. — Только зря ты так. Насколько я помню, кухонные твои дела уже давно никто не смотрит, а нового ты уже ничего написать не смог. Владей, как говорится, на здоровье.
— Давай, давай, топай. — Расплылся в ехидной улыбке певец. — Тут не подают…
Андрей не ответил, обернулся к двери, но тут его отвлек проигрыш бессмертного битловского хита, закачаный Андреем в мелодии телефона.
Он нажал кнопку телефона. — Кто говорит? Ах Суслов.
— Встретиться хочешь? Ну давай, встретимся. Через час. Договорились. — Да понял я, понял. Подъеду. А ты мне пока вот что скажи, приятель. Сколько может стоить неизвестная, и ни разу не исполнявшаяся песня ранних Битлов? Какая?.. А лучшая. Миллионы? Ну тогда нам с тобой будет о чем поговорить. Не прощаюсь.
— Так вот, друг Кузьма. Ты, конечно музыкант хороший… когда-то был. И песенки у тебя не плохие были. Но хамить даже хорошим музыкантам не стоит. — Назидательно произнес Андрей. — А с меня ты, если-б не жадность, мог куда больше пользы поиметь. Но теперь уже не выйдет.
Вышел из комнаты, не слушая сбивчивых голосов. Теперь в голове у Андрея возник новый план.
Добираться до Медиацентра по забитым пробками улицам ничуть не менее плотным, чем в той, в его Москве, пришлось полтора часа.
— Заждался… — Суслов вскочил из своего королевского кресла и как ни в чем ни бывало,
