Двойники идут на дело

что у нас дома мышей ловил?
Я поняла, что имею честь познакомиться с еще одним сыном Инессы. Только как же его зовут, черт побери? Ладно, Анька подскажет.
Анька выдала, что, насколько она успела заметить, в последнее время у всех ее знакомых мужиков едет крыша.
– После общения с вашей парочкой это неудивительно! – рявкнул брат Стасюса. – С вами любой свихнется.
Я возразила, что он-то еще не свихнулся, и тут же предложила оказать в этом деле посильную помощь. Анька меня незамедлительно поддержала. Кальвинскас хотел что-то возразить, но не успел. Снова послышался шум – и в спальню Комиссарова ворвалась новая группа непрошеных гостей. Их возглавляла госпожа Кальвинскене собственной персоной.
Инесса обвела собравшихся суровым взглядом, потом плюхнулась на огромное ложе рядом со своим сыном и Иваном, а Костик, ни слова не говоря, пошел через комнату к нам с Анькой и втиснулся между нами. Кресло было таким большим, что и он поместился. Мы молчали. Сопровождавшие Инессу молодцы тоже рассредоточились по спальне, присоединившись к компании, прибывшей с Иваном и Кальвинскасом. Или это вообще одна команда, вернее, банда? По крайней мере, все они были знакомы, а спальня Комиссарова по площади превышала всю мою квартиру. Живут же некоторые.
Взаимных приветствий не последовало. Пожалуй, они требовались только нашим врагам, так и не разобравшимся, где я, а где Анька. Интересно, получится ли это у Инессы? Поразмышляв некоторое время, она обратилась к нам с Поликарповой, предложив добровольно признаться, кто из нас кто. Мы только засмеялись в ответ. Костик тоже хихикнул.
– Ребенок, а ты хоть отличишь, которая из них твоя мама? – теперь уже интересовалась у него Инесса.
– Конечно, – ответил он.
– Так покажи.
– Ты чего, дура? – проявив совершенно не свойственную ему невежливость, спросил он Инессу.
– Она стерва, – поправила Костика Анька.
– Сука, – была вынуждена добавить я, чтобы Анька не выдала себя, не сдержавшись.
Но вывести Инессу из себя было делом сложным, а может, даже и невозможным. Она попросила Ивана и своего сына объяснить ей, как тут оказался Костик. Молодцы ответили, что нашли его сидящим в кухне, объедающимся мороженым. Потом пояснили про нас с Анькой. Инесса все внимательно слушала, не сводя с нас пронзительного взгляда маленьких, глубоко посаженных глазок. Интересно, разобралась она все-таки или нет, кто из нас кто? Я решила, что нам с Анькой следует оставаться в кресле и ни в коем случае не вставать – потому что походкой и какими-то жестами мы можем себя выдать. Ведь прячась в шкафу с видеокамерой, я обратила внимание на похожесть жестов Аньки и Ивана, причем несвойственных мне. Нет, лучше сидеть, где сидим. Инесса – женщина, она способна заметить больше, чем мужики.
Потом я вспомнила про похороны и поминки, где вся эта компания сегодня присутствовала и, как сообщила мне Анька по телефону, здорово надралась. Или уже успели протрезветь и примчались сюда? Возможно, кто-то был отряжен следить за Анькой (или мной, как думали они), затем донес боссам о том, что Анька (я) покинула мою квартиру. Те решили последовать. Но зачем? А вдруг, вспомнив про прошлую любовь Аньки и Комиссарова (или, правильнее сказать, взаимную похоть?), про которую они, естественно, знали, предположили, что Анька вполне может скрываться здесь? Но Иван со старшим братом Стасюса (как же его зовут, черт побери?) прибыли отдельно от Инессы. Похоже, что она не ожидала их тут найти, а они ее тут встретить. Действуют разрозненно? Каждый преследует свои интересы? Вот бы неплохо столкнуть их друг с другом. Надо будет потом с Анькой посоветоваться по этому поводу. Но, наверное, ей тоже пришла в голову эта мысль? Разработаем вместе какой-нибудь планчик. Ой, о чем это я? Мне-то это все зачем нужно? Или я настолько вжилась в Анькин образ, что и думаю теперь, как она?
Затянувшееся молчание нарушил Комиссаров. Его интересовало, почему его люди пропустили в дом всю эту ораву, а также состояние здоровья его подчиненных. Не покалечили ли их враги?
– Они все спят, – сообщила Инесса.
– Что?! – подпрыгнул на месте Артем и уронил на пол бутылку, к которой уже не один раз успел приложиться. Однако пол был застелен толстым ковром, и она не разбилась. Часть священной жидкости пролилась, правда, это нельзя было назвать особой бедой: я не сомневалась, что в замке имеются достаточные запасы, чтобы напоить всю эту компанию до поросячьего визга.
– Все спят, – подтвердил Иван и повернулся к нам с Анькой. – Что вы сделали с мужиками, стервы?
Мы с самым невинным видом пожали плечами.
– И что вы сделали с нашей охраной во дворце? – подала голос Инесса. – Я не ожидала, что