Двойники идут на дело

про Ассоциацию ветеранов афганской войны и еще что-то в том же духе. Но Анька вообще-то молодец. Даже если меня кинула. Где бы Леха взял средства на протезы, а Артур – на пай в студии? Кстати, и Лехин отец нашел какую-то постоянную работу, ходит теперь счастливый, что хоть кому-то потребовались его знания. Тоже Поликарпова помогла, между прочим.
Так хочу я или не хочу снова видеть Аньку? С одной стороны, с ней было весело и интересно, жизнь сразу же наполнилась событиями и острыми ощущениями, с другой… О том, что было с другой, думать не хотелось.
Но Анька позвонила. Сказала, что очень занята, они с отцом занимаются делами, когда все вопросы будут утрясены – пригласят меня во дворец, в который вернулся истинный хозяин. А пока Анька рекомендовала мне не высовываться, лучше ни с кем не общаться, и, поскольку летние каникулы у ребенка еще не закончились, неплохо было бы мне с ним куда-нибудь съездить.
– Съездить мы можем только в Новгородскую область, – заметила я. – Но как-то не очень хочется. И Костик не горит желанием.
– А как насчет круиза по Средиземному морю? Презентую вам путевочки.
В общем, мы поехали в круиз.
На следующий день после возвращения Анька опять позвонила и пригласила в усадьбу вместе с Артуром.
– Дорогу найдете? – спросила она.
– Найдем, – ответила я.
На территории чапаевского поместья произошли изменения, вернее, вначале я увидела лишь одно: на месте пирамиды возвышалась груда развалин, но уже была пригнана строительная техника, и отряд рабочих активно трудился, разгребая то, что осталось от громадного сооружения.
Дворец тоже пострадал, но поскольку в свои предыдущие посещения я видела лишь малую его часть, то не могла определить размер нанесенного ущерба. Правда, на первый взгляд он казался меньше, чем тот, что нанесли гитлеровцы оригиналу в Царском Селе, навсегда покидая его.
Нас с Артуром (Костика я решила на всякий случай оставить с Лехой) пригласили в одну из столовых (слизанную с Малой Белой в Зимнем дворце), где стол был накрыт на пятерых. Вскоре к нам присоединились сама Анька, Чапай и еще один, незнакомый мне мужчина.
– Это Сашка, – представила Анька. – Ты его видела у Комиссарова?
Я покачала головой, но что-то начало всплывать у меня в памяти… Во время моего первого появления в средневековом замке Артема меня о чем-то про него спрашивали… И меня обвиняли в том, что я… то есть Анька…
– Так ты же его… – открыла я рот, но тут же вспомнила, как потом, уже у меня дома во время нашего разговора о мужчинах, Поликарпова упомянула какого-то Сашку, но пояснить тогда ничего не успела: Костик прибежал сообщить о приближении дедушки.
Неужели это один и тот же Сашка? Дима с моряком говорили, что он стал как животное. Работать не может, делать ничего не может после того, как моя коварная копия его бросила.
Анька с Сашкой и Чапаем расхохотались, и Поликарпова пояснила мне, что Сашка на самом деле давно работал на ее стороне, помогая избавиться от Артема. А все его приступы помешательства были игрой, имевшей под собой определенную цель. В последнюю встречу с Комиссаровым я не зря подумала, что Артем кажется слишком уж слабым для лидера бандитской команды: Сашка регулярно подсыпал ему в пищу какую-то дрянь, деструктивно влияющую на психику. Это зелье Анька специально приобрела у химика-любителя. Только продавец не мог точно сказать Поликарповой, каков будет результат – химик-любитель создавал у себя в лаборатории опытные образцы и предлагал свои препараты желающим попробовать их на ком-то, с обязательным условием потом сообщить ему о результате – для дальнейшего усовершенствования опытных образцов. Анька была постоянной клиенткой. Большинство содержимого ампул, баллонов и всего остального, что она использовала за время нашего знакомства, она получила именно от этого химика.
– Теперь он у нас – штатный сотрудник, – расплылся в широкой улыбке Чапай. – Такого человека озолотить надо. Я и озолотил, пока другие этого не сделали. Только он – настоящий ученый. Ему в первую очередь нужна хорошая лаборатория, оборудование, препараты для экспериментов. Все это ему теперь обеспечено. Не хочет государство, чтобы такие люди на него трудились, – мы им дадим работу. У нас для талантливого человека всегда найдется дело.
Меня интересовало, что же все-таки произошло с Комиссаровым.
– Лечиться уехал куда-то, – пожал плечами Сашка. – Вернее, сбежал, пока не кокнули. – Он нехорошо усмехнулся. – Нет больше комиссаровской команды. У нас теперь только один папа.
Сказал – и посмотрел на Чапая, а я подумала, что на месте Василия Ивановича не стала бы пригревать у себя на груди эту змею. Если работал против своего бывшего