Двойники идут на дело

очень внимательно, иногда задавая наводящие или уточняющие вопросы. Ни разу не сделала родителю замечания, не умерила его пыл, не шипела, не орала, не ругалась матом. Неужели мы с ней такие разные? Так по-разному реагируем?
Потом они с папашкой начали дискуссию на политические темы…
У меня возникло желание отправиться назад в шкаф или лучше на диван и немного поспать. Или поработать – зачем зря тратить время?
Анька, к моему удивлению, была неплохо подкована в политике, а также явно интересовалась международными отношениями и нашей родной историей. Папашка случайно не обнаружит подмену? Должен бы уже подумать, что это не его дочь с ним разговаривает. Или он так увлекся, что ему не до того, с кем он говорит, – был бы собеседник, точнее – собеседница.
Я отправилась в комнату, закрыла дверь и устроилась за своим рабочим столом. Должна Анька понимать, что я не буду столько времени сидеть в шкафу? Не пустит, я надеюсь, папашку сразу в комнату? Успеет предупредить. Или Костик сообразит.
Я спокойно работала какое-то время, даже не прислушиваясь к происходящему на кухне. Внезапно дверь в комнату с шумом распахнулась, влетела разъяренная Анька, подскочила ко мне, развернула вместе со стулом, схватила за тонкую футболку, подняла и притянула к своему горящему гневом лицу – в общем, повторила процедуру с папашкой. Я только не понимала, с чем связан приступ ее гнева, направленный теперь на меня?
Все быстро выяснилось.
– Откуда ты знаешь Темку? – прошипела она, метая очами молнии.
Я не врубилась сразу и попросила уточнить, о ком речь.
– Не притворяйся, сука, я из тебя все кишки вытяну!
Далее последовало детальное описание того, что еще со мной сделает гостья. Она, порядочная женщина, спрашивала у меня согласия на то, чтобы переспать с моим соседом, а я от Комиссарова машины в подарок принимаю? В доме у него ночую?
Ей Артем даже цветочка ни разу не подарил, а мне – машину? В мой адрес было выдано немало колоритных эпитетов. Артему, к моему удивлению, ничего не досталось.
Вскоре мне надоело все это слушать, а еще больше – то, что Анька продолжала мять мою футболку и шипеть в лицо. Мне было не совсем комфортно находиться в таком положении. Если уж проводить конструктивную дискуссию – так сидя на диване или в креслах, за рюмочкой коньяку. По крайней мере, цивилизованно, а не с разъяренной фурией в качестве оппонента. Папашка с Костиком были заперты – это я поняла по крикам, требованию выпустить и стукам в дверь. То есть ни на чью помощь мне рассчитывать не приходилось, да я и не уверена, справились бы мы даже втроем с одной разгневанной Анькой.
Я все еще держала в руках кисточку. Лак, которым я покрывала очередное деревянное яйцо, пока не успел высохнуть. Я подняла руку и мазнула Аньку по носу. Гостья взвыла, отпустила мою футболку, но тут же ринулась на меня как дикая кошка, выпустив когти (длинные ногти в данном случае). Мы сцепились. В ход также пошли зубы и нижние конечности. Мы старались оцарапать, укусить, лягнуть друг друга, вырвали каждая по клоку волос у соперницы. Драка сопровождалась высказыванием своего мнения о двойнике. Я вообще-то человек довольно спокойный, меня сложно вывести из себя, но уж если вывели… Терпеть не могу, когда меня несправедливо обвиняют. Нужен мне этот Артем.
Видела я его всего один раз. Соседи рекомендовали с ним не связываться и дали не самую лучшую характеристику. Бандит. Признаюсь, какое-то физическое влечение я к нему испытала, потому что у меня давно мужика не было, а тут на пути попался молодой и симпатичный, да еще машину презентовал за доставленные неудобства. Но ничего между нами не было, и я же могу его вообще больше никогда в жизни не увидеть. Страдать от этого не буду. Да и Костику Артем не понравился.
А откуда его знает Анька? Ах да, он же главный конкурент ее отца! И я уже что-то думала на эту тему… Она как раз собиралась объединить силы с Артемом – хотя бы временно, – чтобы расправиться с Инессой. Артем-то, наверное, знает расклад во вражеском лагере. А тут такая союзница из этого самого лагеря. Союз наверняка был скреплен – как только его могут скрепить мужчина и женщина.
А Анька ревнива. Это ж надо так завестись! Она что, влюблена в Артема? Имеет на него виды? Или это не ревность? Она же перед самым приходом папашки упомянула какого-то Сашу. Да и машин ей наверняка хватает. Я не сомневалась, что мой двойник ездит на чем-нибудь типа «Мерседеса-600» – или чего-то подобного. Не удивилась бы и «Феррари». Перетянутой резиночкой пачки стодолларовых, которая лежала у Аньки в сумке, вполне хватило бы на машину такого класса, как моя «Тойота». Но для Аньки был важен сам факт – Артем, с которым, как я теперь уже не сомневалась, Анька когда-то состояла в