Двойники идут на дело

Ври напропалую, с мужиками только так и нужно.
– Что?! – одновременно возмутились Артур и Леха.
– Вы – не мужики, вы – компаньоны, – как ни в чем не бывало заявила Анька, – так что не берите близко к сердцу. Ну что, обиделись, пупсики?
Анька вскочила из-за стола, почесала шейку сзади одному и второму, потом куснула за ушко Артура, лизнула Леху. Те растаяли. Я же с трудом сдерживалась, чтобы не расхохотаться. А Анька подмигнула мне так, чтобы они не видели, – учись, мол, подруга, пока я жива и бесплатно даю уроки.
Я решила, что пришло время покинуть эту милую троицу, уже явно собравшуюся предаться любовным утехам, и сделала я это вовремя: минут через десять после того, как я вошла в свою квартиру, приехал Иван, предварительно не позвонив и не договорившись о встрече. Не понимаю, почему все взяли манеру заявляться ко мне без предупреждения, я уже не говорю: без приглашения?

Я только успела сесть за свой рабочий стол и заняться матрешками, которых уже так давно не касалась в связи со столь бурным развитием событий, как он позвонил в дверь. Я послала Костика открывать.
На этот раз Иван приехал с огромной гроздью бананов для Костика, а также цветами и коробкой конфет для меня. Пришлось опять поить его кофе.
Иван исподволь начал расспрашивать меня о том, как я провела прошлый вечер. Мы с Костиком, по предварительной договоренности, рассказывали дяде Ване, что наконец наслаждались покоем и отсутствием гостей (я сказала это, глядя в глаза Ивану). Вечер, мол, прошел очень спокойно, мы провели его с сыном, в обществе друг друга.
Я демонстративно вздохнула и спросила, надо ли мне все-таки ехать завтра на похороны? Очень уж не хочется. Хотя Анька и говорила, что я должна тут же согласиться, я считала, что следует поломаться. Так будет правдоподобнее. Ведь я не должна гореть желанием ехать на похороны какого-то мужика, которого ни разу в жизни не видела. Я и ломалась.
Иван меня уговаривал, а потом спросил, что я хочу получить за то, чтобы посетить мероприятие и изображать там Аньку. Я спросила, как я должна ее изображать? Покойника хоть целовать не придется? В этом плане Иван меня успокоил. Наряд для меня тоже будет подготовлен – такой, в каком на подобном мероприятии появилась бы Анька.
– Ну так что, Лера? – в голосе Ивана звучали просительные нотки. – Я понимаю, что тебе не хочется. Но очень нужно. Потом съездим в ресторан.
– Это на поминки, что ли?
– Ах да, еще и поминки! – Иван скривился. – Послезавтра съездим. Лера, ну скажи, чего ты хочешь?
– Компьютер, – подал голос Костик.
Иван вопросительно посмотрел на меня. Я кивнула. Раз ребенок хочет компьютер, а Иван готов на все, что угодно, пусть его и привозит. Поликарпов был человеком дела и тут же кому-то позвонил и отдал приказ.
Минут через пятнадцать в дверь позвонили. Честно говоря, я поразилась. Неужели уже привезли? Так быстро?!
Но это приехал Дима-бандерлог тоже с бананами, цветами и коробкой конфет. Я пригласила Диму в большую комнату, где мы сидели с Иваном и Костиком, и теперь мы распивали кофе уже вчетвером, вернее, втроем, потому что Костик пил колу.
Иван с Димой метали друг на друга взгляды-молнии, я делала вид, что ничего не замечаю, общую беседу помогал поддерживать Костик. Я не представляю, что бы мы делали без моего ребенка.
Потом Дима решился и сказал, что хотел бы завтра пригласить меня вместе с ребенком на день рождения его друга.
– Я ее уже пригласил на завтра, – встрял Иван, не дав мне ответить.
– Куда? – поинтересовался бандерлог.
– На похороны, – сообщил Костик. – И без меня. Но я бы лучше поехал на день рождения. Ты как, мама? Давай вместе на день рождения, а?
Я сидела вся пунцовая (и чего это меня так в краску бросило?), не представляя, что ответить. Дима тут же заинтересовался, кого хоронят и почему в их стане ничего об этом не слышали? Ведь Иван не стал бы приглашать меня на какое-то рядовое мероприятие? Должен был откинуть копыта какой-нибудь солидный, уважаемый в городе человек. Дима долго развивал свою теорию, и за время его речи я поняла, какая незавидная участь ждет подружку бандерлога. Нет, не потому, что потребуется терпеть этот словесный понос (хотя и это тоже не большая радость, тем более, что похороны и убийства, пожалуй, были коньком бандерлога, так же, как черепашки-ниндзя), а из-за того, на каких мероприятиях придется составлять компанию милому.
Они стали спорить с Иваном, куда я должна пойти. Поликарпов твердил, что он меня первый пригласил, а Дима – что выбор следует оставить за мной. Но в одном сходились оба: ни похороны, ни день рождения перенести нельзя.
– Ваня, ты скажи, кого хоронят? –