это? Почему? Что тебе от меня надо? Двадцать пять процентов от моих доходов?
Голос Алекса был подчеркнуто спокоен, когда он ответил:
— Я с недавних пор по себе знаю, что это такое, когда весь Уорбрук над тобой хохочет, а ты ничего с этим не можешь сделать.
Джессика взглянула на Алекса, и до последней черточки, более чем ясно припомнила, как она заставила смеяться над Александром весь город по возвращении, его в Уорбрук. Ее щеки вспыхнули, она зарделась и старательно принялась выкапывать очередную раковину.
— Мне жаль, что так вышло. Может, я и перестаралась. Но все говорили и надеялись, вот-де приедет один из сыновей Монтгомери и все уладит. Я и раньше считала эго пустыми разговорами, а когда увидела тебя… — Джессика сделала паузу, заглядывая в лицо Алексу. — Извини, я засмеялась.
Она продолжала выкапывать раковины, но уже не столь ожесточенно.
— Тебе действительно нравится мой портной? — спросил Алекс. — Я могу приказать ему состряпать что-нибудь для тебя. Эдакое в голубых тонах, подходящее к твоим волосам.
Джессика приготовилась было произнести резкую отповедь, но, взглянув на улыбающееся лицо Алекса, заулыбалась с ним.
— Сколько раковин мне надо найти в уплату за голубое шелковое платье?
— Платить надо будет не ракушками, кое-чем побольше. Мне нужна дружба. Все, что от тебя требуется — перестать провоцировать людей хихикать надо мной, и я куплю тебе платье.
— Ox — Чувство вины вновь волной окатило Джессику. Она раньше и думать не думала, каково Александру чувствовать себя всеобщим посмешищем, но теперь это чувство было знакомо ей более чем хорошо. — Пожалуйста, не покупай мне платье, — сказала Джессика, с преувеличенным вниманием разглядывая лопатку.
— Значит, мы можем быть друзьями?
— Я… думаю, да.
Возникла пауза. Джессика бросила взгляд на Александра. Он улыбался. Его нельзя было назвать некрасивым, хотя большая часть лица и скрывалась под большим напудренным париком. Наверняка этот его сноб слуга каждое утро бреет голову своему господину. Конечно, одежда и огромный живот Алекса стали притчей во языцех. Даже Эбигейль, которой нравились почти все мужчины, особенно богатые и одинокие, игнорировала Александра.
С довольной улыбкой Алекс стянул с себя атласный камзол и раскинулся на стволе поваленного дерева. Его непомерный живот торчал и колыхался вроде изрядного куска китового жира, плывущего по морю.
— Скажи, что ты думаешь о Мстителе. Джессика обдумала ответ.
— Он любит славу. Иначе зачем ему скакать по городу, чтобы все его видели?
— Возможно, это было сделано намеренно. Допустим, он хотел привлечь к себе всеобщее внимание и таким образом дать Бену время сбежать вместе с чаем. Ты слышала, они исчезли? Бен, его жена и четверо ребят. Прямо среди ночи. Ты не думаешь, что Мститель дал им шанс ускользнуть от Питмана?
— Лучше не произноси при мне этого имени! Ты, который берет от него деньги!
Когда она проходила мимо Александра, он перехватил пальцами ее запястье, не сжимая его.
— Тебе никогда не приходило в голову, что, получая двадцать пять процентов прибыли моего дражайшего шурина, я буду знать сумму всей прибыли? И как партнер подобного рода смогу просматривать его бухгалтерские книги? Если он начнет доверять мне, я смогу узнавать, чей корабль он планирует захватить в следующий раз. — Алекс отпустил ее.
— Нет, я никогда об этом не думала. Алекс заложил руки под голову.
— А ты подумай хорошенько.
Джесс доложила раковины в корзину и краем глаза посмотрела на него. Толстые ляжки Алекса распирали атласные панталоны, а две пуговицы, того и гляди, готовы были отлететь под напором живота.
— » Что толку говорить про Мстителя. У него пороха не хватит опять появиться. Питман рыщет по его душу.
— И разумеется, ты считаешь Питмана смышленее Мсти геля? — После выходки Мстителя с нею Джессике было трудно представлять его не в худшем свете.
— Он хвастун, ищущий славы, и я надеюсь никогда его больше не увидеть.
— Как ты думаешь, кто он? В конце концов, ты была очень близко от него.
— Ни малейшего понятия, но уверена, я бы его узнала, если бы увидела снова. У него такой характерный жестокий рот. Ой, нет! — воскликнула Джессика, глядя на воду. Она разложила на камнях сушиться одну из двух своих драгоценных сетей, а сейчас какой-то из многочисленных поднятых приливом омаров тащил сеть в море. Джессика попыталась схватить сеть, промахнулась и побежала в воду.
В долю секунды Алекс соскочил со ствола и ринулся за ней, но спохватился. Ему необходимо оставаться в образе.
— Джессика, ты собираешься плыть за этой сетью до Китая?
Она остановилась, по пояс в ледяной воде, и смотрела на
