Двойные игры

— Обязательно мне позвони, милая. Теперь мы не должны разлучаться надолго!
Глава 5 У сильных людей всегда были свои слабости. Женщины, алкоголь, азартные игра, наркотики… Какие именно — это уже зависело от самого человека. Владимир Андреевич Балашов был сильным, но имел некоторую слабость. Женский пол. Точнее — одна женщина. К сожалению, не жена… Женился он, когда ему было двадцать два года, сразу после защиты диплома. Жена Ангелина была на два года моложе и работала в его институте секретарем. Привлекла она его своей хрупкостью, миниатюрностью и огромными голубыми глазами. Ее так хотелось защитить, закрыть от всех невзгод… А он сам тогда устроился работать в строительную контору прорабом, был мускулистым, загорелым от работы на стройке парнем. Они были красивой парой и очень любили друг друга. По прошествии восемнадцати лет их брака он удивлялся — почему его жена влюбилась в простого студента, а вот губернатора разлюбила?Пилит каждый день, во всем подозревает и не дает спокойно вздохнуть? Их отношения стали сложными не так давно — пять лет назад, когда старший сын поступил в Суворовское училище. Мальчик уехал в Тверь и жил там, а дочка, которой тогда было семь лет, пошла в первый класс. Сейчас ребятам было семнадцать и двенадцать лет. Что именно тогда изменилось — он так и не понял… В то время Балашов был еще бизнесменом. Его строительная фирма пережила дефолт. Дети подросли. Жили они в прекрасной квартире в центре города, строили дачу… Казалось бы — жить, да радоваться. Однако, жена изменилась. Стала нервной, раздражительной и злой. Сейчас он понимал — слишком много работал, не уделял ей внимания. А тогда казалось, что она просто хочет испортить ему жизнь. Именно тогда он познакомился с Викой. Сейчас ей было двадцать восемь лет… Ее молодость, бьющая по глазам красота, темперамент и способность просто выслушать и посочувствовать без истерик — вот что привлекло его тогда. Вика обладала внушительным ростом, длинными черными волосами и жгучей южной внешностью — полная противоположность его жены. Детей у нее не было. Откуда она приехала в Альинск и почему — он никогда не интересовался. Познакомился с ней, когда гулял свой день рождения в ресторане, а она работала там администратором. Понравилась, снял квартиру в центре города. Потом эту же квартиру купил ей. И, каждый раз, уезжая от нее домой, жалел, что не может остаться… Балашов каждый раз поражался ей… Вика была красива всегда. И при параде, когда знала, что он приедет, и во время неожиданных его визитов… В ней было столько женственности, теплоты, энергии, что он каждую их встречу будто заряжался от нее. Уезжал обновленным, веселым. И уже со смехом смотрел на все жизненные проблемы. Сегодня она его не ждала — он не позвонил заранее… Однако, заехал в ювелирный магазин, купил золотое колье с бриллиантами, а также заказал в ресторане ее любимые китайские блюда и белое сухое вино. Вика, как всегда, была одета так, что его охранники смутились. Белый короткий шелковый халатик, распущенные черные волосы… Ребята опустили глаза, и он отправил их ждать в машину. — Милая, извини, что не предупредил, — проговорил он, заходя в квартиру. С удовольствием огляделся — в подаренной им двушке чистота и порядок! И даже уютнее, чем дома. Светло и приятно. Вика по-прежнему работала в том ресторане, и частенько по ночам. Вряд ли она сама убиралась — скорее, нанимала помощницу. Тем более, что денег он ей давал достаточно. — Я тебя так ждала! — Вика запрыгнула на него, обняв его торс ногами. Жена так никогда не делала… -А ты и не позвонил. — Вика, не было времени, — он прошел на кухню, доставая из кармана пиджака длинную белую коробочку. — Ты не обижаешься? Это тебе… — Мог бы итак приехать, — проворчала она, открывая подарок. — Ух ты… Володя! Оно прекрасно! А как идет мне… Она уже стояла перед настенным зеркалом в ванной, примеряя подарок. Однако Балашову уже очень хотелось иметь ее всю — молодую, горячую, упругую. Он обхватил ее за талию и нагнул над ванной. — Потом покрасуешься. — Володь, оно упало! Еще потеряется… — Пустяки! Еще десяток таких куплю!
Позже они переместились в спальню. Балашов чувствовал, что готов поглотить, сожрать целиком эту девчонку, ее молодое тело. Он целовал ее с пяток до лица, чувствуя при этом сильнейшее наслаждание… Потом они лежали, прижавшись друг к другу. Оба были не в силах сказать хоть что-то, пока не заговорила Вика. — Володь, скажи мне. Что ты творишь? — С тобой? — ухмыльнулся он. — Что хочу, то и творю. — Нет. С областью. Я же смотрю телевизор. Слышу, о чем говорят в городе. Ты присвоил себе три завода в городе, строительные компании. Ты все это купил, или как? И куда таинственным образом подевались их владельцы? Володя, твоя политика — не мое дело. Но… Ты убиваешь