Двойные игры

радовала. — Как поедете? По морю? — Нет, на вертолете. Представь, я даже на самолете никогда не летал! -Да, тебе повезло, хоть с толком день проведешь. Не то, что я — поеду не знамо куда и непонятно зачем… Валера поставил чайник, насыпал себе и напарнику растворимый кофе в кружки. Может, хотя бы это поможет ему проснуться. По пути к шкафчику, где хранился сахар, налетел на стол Романа и больно ударился ногой об угол. — Черт! — выругался он… и следом чуть не рассыпал сахар. Роман вовремя поймал сахарницу и внимательно посмотрел на него. — Так. Сядь и успокойся, — он подтолкнул Валеру к креслу. — Что с тобой сегодня? Все роняешь, равновесие не держишь. Ты какой-то странный. — Ничего, все нормально. Просто болит голова, — молодой человек отвернулся. Ему совсем не хотелось сейчас ни с кем откровенничать. — Если так — выпей таблетку, не мучь себя и меня! Ты так кабинет разнесешь! Или все-таки… есть проблемы? С девушкой своей поссорился? По Валериному лицу Рома понял, что прав. — Не то что поссорился. Она меня очень расстроила. — И что, теперь впадать в бешенство? Я уж не знаю, что там у вас произошло… Думаю, можно все исправить. Приезжай к ней вечером. Она в общежитии живет, так? Ты сегодня, я вижу, на машине? Вот и отправляйтесь на пляж, желательно — пустынный. Там все спокойно обговорите. — А что, ты прав, — оживился Валера. У него не возникло сомнений, что Даша с ним не поедет. Он будет вести себя по-дружески, а потом найдет момент и отобьет девушку этого Димы. — Кстати, я же приобрел для нее телефон! Завезу его, вот и повод! — А к телефону прибавь бутылочку вина, — усмехнулся Рома. — Видишь, все не так плохо. День пролетел быстро, и без двадцати минут шесть Валера уже приехал на Вышнеградскую. По указанию начальника, он переоделся в обычную одежду, чтобы не бросаться в глаза своей формой. Из оружия — только пистолет. Вышнеградская улица находилась на окраине, в тихом районе. Отсюда крайне редко поступали вызовы. Домов мало, в основном старые трехэтажки. Зато неподалеку был пляж, вокруг — зелень, и, если выехать на шоссе, через десять минут можно было оказаться в лесу. Дверь черного входа была закрыта на щеколду с другой стороны. Через щель виднелся коридор и лестница. Валере не составило труда пройти — он аккуратно подковырнул щеколду палочкой и вошел внутрь. Возле дома культуры стояло несколько машин, однако людей было действительно много. Они заполнили почти весь большой, хорошо освещенный зал. В основном молодые мужчины, заметил Валера и нескольких женщин. Люди были самые разные… Можно было увидеть и строгий офисный костюм, и рабочую робу, и молодежную толстовку с изображением любимой рок-группы. Действительно, сборище было странным. Что могло собрать здесь столь разных людей? Лестница привела Валеру к самым верхним рядам в зале, поэтому его никто не заметил. Он поставил диктофон на запись. Тем временем на импровизированную трибуну поднялся мужчина лет сорока пяти в сером костюме. Его лицо показалось Валере знакомым… Ну, конечно! Константин Эдуардович Бероев, председатель Народной палаты Альинска. Он часто мелькал по телевидению. Видный общественный деятель, юрист, он многое сделал для жителей города: выбивал гранты для студентов-отличников, защищал городскую Боруновскую рощу, которую пытались ликвидировать для застройки… В общем, это был защитник прав и свобод жителей города. Но каким ветром его сюда-то занесло? — Здравствуйте, — звучно проговорил он в микрофон. — Всех нас привела сюда одна цель — восстановление справедливости. Наши гражданские права были нарушены на губернаторских выборах. Пост незаконно занял Балашов. Имели место подкупы, угрозы и много чего еще. Всему этому есть свидетели. Необходимо бороться с его бандитскими методами управления! — А как же Леонов? — подал голос кто-то из первых рядов. — Он собирался подавать в суд. Почему он бездействует? — Сразу после подведения итогов выборов Егора Николаевича схватили и увезли в неизвестном направлении. Этому тоже есть свидетели, — тяжело вздохнул Бероев. — Его семья запугана. Мы ищем Леонова. Есть подозрение, что он содержится в одной из областных тюрем. — Нужно что-то предпринимать! — послышался женский голос. — Это — страшный человек. Он вылез из бандитского времени и продолжает действовать своими методами. Я — директор по кадрам на вагонном заводе. Что сейчас творится — ужас! После опубликования его постановления по всему заводу расхаживают вооруженные военные. Что-то ищут, вынюхивают, мешают людям работать. Один брякнул, что мы взрывчатку там готовим! Все сразу зашумели. Бероев предложил говорить по одному… Начали высказываться рабочие коммунального хозяйства, других заводов. Везде было тоже самое! Слышались и другие жалобы. В регионе повышаются коммунальные платежи,