Двойные игры

как Даша ушла, за столом началась грандиозная попойка. Все перенервничали, пока ждали Диму, а также из-за Валеры. Рюмки моментально наполнялись и опустошались. За столом зазвучал веселый смех, тосты. Оля заметила, что ее папа с интересом смотрит на Вику, и даже не удивилась. Он столько времени был в тюрьме, без женщины, а Вика — сочная, красивая,молодая, даже сам губернатор на нее запал… К тому же, она вспомнила о Викиных словах, что на папу донесла мать. Оле не хотелось верить, но это было возможно. Да и зачем Вике врать про незнакомых ей на тот момент людей?
— Я одного не понял, — заговорил Сергей, когда все уже были изрядно пьяны. — Дима, ты любишь Дашу. А Валера, который из-за нее попал в Санджары? Он ведь тоже ее любит?
— Сереж, — Оля, сидевшая между ним и отцом, предупреждающе сжала ему руку.
— Получается, да, — согласился Дима.- Серега, о чем ты сейчас говоришь? Главное — чтобы он поправился!
Козырев тем временем прямо расцветал душой. Он сбежал из тюрьмы… Как дальше жить — он понятия не имел. Начальник милиции — и вне закона! Однако, рядом была любимая дочь, и он оказался в такой молодой, разношерстной компании. Какие тут кипели страсти! Он, столько времени проживший без общения, чувствовал себя ожившим. А еще, рядом была Вика. Более красивой женщины он давно не видел… Конечно, слишком молода для него, но ему есть чем удивить такую. Кстати, почему она здесь? Уже рассталась с Балашовым, или планирует против него что-то?
Мы заставим Балашова отказаться от должности! — воскликнула Ольга. — Он покинет губернаторское кресло, и его посадят. Желательно, в Санджары. Пусть увидет, так сказать, кухню изнутри!
Все одобрительно зашумели, и тут Козыреву стало страшно. Эти горячие молодые головы могут натворить дел… Если уж его дочь, работающая на губернатора, такое говорит. Как бы их всех не посадили… Он ведь был представителем власти и знал изнутри совсем другую кухню.
— Стоп!- крикнул он. — Кто тут собрался убирать губернатора? Нас семь человек, один в тяжелом состоянии. У нас нет оружия.
— Алексей Семенович, мы будем действовать по-другому, — успокоил его Сергей. — Я, как журналист, собираю на Балашова компромат и собираюсь отвезти его в Москву. Там уж точно не оставят его действия без внимания! Неконтролируемый рост цен, нарушение прав граждан, убийства, аресты… За ним много чего водится. Нужно только доказать!
Его слова сопровождались широчайшей улыбкой Вики.
— Виктория, — церемонно обратился к ней Сергей. — Вы сами так просто сознались в своей связи с Балашовым. Может быть, вы мне что-то подскажете?
— С удовольствием, — еще шире улыбнулась та. Сейчас она напоминала довольную, наевшуюся кошку. В данном случае — напившуюся. — Я и раньше кое-что знала, просто не было причины это рассказывать. На окраине Альинска есть крупная ферма… Она принадлежит Балашову. Там работают иногородние граждане, а также местные — те, кто должны ему или банкам, и долг вернуть не могут. Их содержат в ужасных условиях. Люди мрут, как мухи. Про эту ферму он уже давно мне рассказывал, один раз я там была с ним… Могу адрес написать.
Заснули они под утро, очень довольные друг другом. В доме Сергея было три комнаты, просторная столовая и веранда, так что, места хватило всем. Из-за Козырева, представителя старшего поколения, они стеснялись. Одну комнату заняли Даша с Валерой, другую — Оля с Викой, на веранде устроились Дима и Сергей. Сам Алексей Семенович лег в кухне на раскладушке.
— Молодежь, — бормотал он, засыпая. Выпил мужчина немного, но давнее вынужденное воздержание дало о себе знать. Он опьянел с трех рюмок, хотя раньше спокойно выпивал бутылку. — И угораздило же меня с вами связаться!
Глава 18
— Спрячься за меня, — прошептал Сергей, настраивая камеру. Вика и Оля послушались, отступив подальше в кусты. — Я вижу здесь двоих с автоматами. Не дай Бог, заметят нас!
— Ферма всегда охранялась вооруженными парнями Балашова, — прошептала в ответ Вика. — Им же надо как-то держать людей в подчинении. Чуть что не так — прикладом по лицу, могут и стрельнуть.
— А бежать отсюда никто никогда не пытался? — ужаснулась Оля.
— Пытались, еще как. Люди спят в коровнике на соломе в любую погоду, кормят их черт знает чем. Работы много, и она самая грязная: уход за скотом, заделка компоста… Только тех, кто пытался бежать, всегда ловили и потом по-тихому убивали, и закапывали на территории фермы.
— Зачем он тебя-то сюда возил? — удивился Сергей. — Не лучшее место для прогулки с дамой!
Вика задумалась, потом криво усмехнулась.
— Наверное, для устрашения. Чтобы я понимала, что со мной будет, если выйду из подчинения…
Деревню окружал густой лес. Она находилась