Дьявол зимой

салфетку у него на лбу. – Я подожду.
Глядя, как он снова погружается в забытье, она проглотила болезненный ком в горле и устроилась в кресле у кровати. На свете не было другого места, где она хотела бы находиться больше, чем здесь. Впервые в жизни она чувствовала себя нужной. И хотя она очень переживала за отца, она была благодарна судьбе за то, что сможет провести с ним последние часы его жизни. Конечно, этого времени недостаточно, чтобы узнать его по-настоящему – они так и останутся незнакомцами друг для друга, – но это больше, чем она могла надеяться.
Ее размышления прервал тихий стук. Подняв глаза, она увидела Кэма, который стоял на пороге в обманчиво ленивой позе, скрестив руки на груди. Эви растянула губы в слабом подобии улыбки.
– П-полагаю, он прислал тебя за мной?
Не было нужды уточнять, кого она имеет в виду.
– Он хочет, чтобы ты пообедала с ним в одной из частных гостиных.
Эви покачала головой, криво улыбнувшись.
– Слушаю и повинуюсь, – пробормотала она, изображая покорную жену. Поднявшись на ноги, она помедлила, чтобы натянуть одеяло на плечи отца.
Кэм не двинулся с места, продолжая стоять в дверях, когда она приблизилась. Он был выше среднего роста, хотя и не такой высокий, как Себастьян.
– Как получилось, что ты вышла замуж за Сент-Винсента? – спросил он. – Я слышал о его финансовых проблемах – мы были близки к тому, чтобы отказать ему в кредите, когда он был здесь в последний раз. Это он предложил заключить брачный союз?
– С чего ты взял, что это не брак по любви? – парировала Эви.
Кэм иронично взглянул на нее:
– Сент-Винсент никого не любит, кроме себя.
Губы Эви дрогнули в искренней улыбке, и ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы сдержать ее.
– Вообще-то я сама сделала ему предложение. Это был единственный способ, который я могла придумать, чтобы навсегда избавиться от Мейбриков. – При мысли о родственниках ее улыбка увяла. – Они приходили сюда, после того как я исчезла, Кэм?
Он кивнул:
– Оба твои дядюшки. Нам пришлось позволить им обыскать клуб, прежде чем они убедились, что мы не прячем тебя здесь.
– Черт! – пробормотала Эви, позаимствовав любимое ругательство Дейзи Боумен. – Надо полагать, потом они отправились к моим подругам. К Хантам и Боуменам. Представляю, как они беспокоятся, гадая, куда я пропала. Впрочем, узнав правду, они встревожатся еще больше.
Нахмурившись, Эви рассеянно пригладила растрепавшиеся волосы. Надо будет сообщить Аннабелле и Дейзи, что с ней все в порядке. Хорошо хоть Лилиан, учитывая, что она путешествует по континенту, не слышала о ее исчезновении.
Завтра, решила она. Завтра она разберется с последствиями своего побега, который скоро станет основной темой для сплетен. Интересно, что будет, если она пошлет кого-нибудь к Мейбрикам за своей одеждой? Маловероятно, что они позволяет ей забрать вещи. А значит, ей придется пополнить длинный список неотложных дел. Нужно срочно купить обувь и несколько платьев.
– К-когда мои родственники обнаружат, что я здесь, – сказала она, – они попытаются вернуть меня назад. Возможно, они даже попытаются аннулировать мой б-брак. – Эви помедлила, чтобы успокоиться. – Страшно подумать, что случится со мной, если им удастся увезти меня силой.
– Разве Сент-Винсент не в состоянии помешать им? – спросил Кэм, успокаивающе дотронувшись до ее плеча. Это было почти невесомое прикосновение, но оно придало ей уверенности.
– Если он будет здесь в нужный момент. Если он будет трезв. Если он способен дать им отпор. – Она невесело улыбнулась. – Как видишь, сплошные «если».
– Я буду здесь, – тихо произнес Кэм. – Я не пью и могу дать отпор кому угодно. Но почему ты думаешь, что Сент-Винсент так легко уступит?
– Это брак по расчету. Вряд ли мы будем часто видеться после того, как он получит приданое. Он заявил, что у него есть более приятные занятия, чем торчать во второразрядном игорном клубе в ожидании… – Она запнулась, бросив взгляд через плечо на постель отца.
– Возможно, он изменил свое мнение на этот счет, – иронично заметил Кэм. – Он потребовал ключ от конторы и засел за бухгалтерские книги.
Глаза Эви удивленно расширились.
– Что он надеется обнаружить? – спросила она скорее себя, чем Кэма. Поведение Себастьяна было более чем странным. Она не понимала, что заставило его углубиться в финансовые бумаги сразу же после возвращения из долгого и утомительного путешествия. Вряд ли что-нибудь изменится до утра. Она вспомнила сосредоточенное выражение, с которым он наблюдал за активностью в главном зале, и его слова: «Я намерен обследовать здесь каждый дюйм и узнать все секреты». Словно подразумевал нечто большее, чем здание с потертыми коврами и игорными