Дьявол зимой

Мне нужна твоя верность, а ты на нее просто не способен.
– Способен. – Он произнес это с такой готовностью, что Эви усомнилась в его искренности.
– Сомневаюсь, – прошептала она.
Он обхватил ее лицо ладонями и произнес, почти касаясь ее губ своими губами:
– Эви… я не могу придерживаться нашей договоренности. Жить рядом с тобой, видеть тебя каждый день и не обладать тобою… это свыше моих сил. – Ощутив дрожь, пробежавшую по ее телу, он склонил голову и прижался губами к ее шее. Все ее существо откликнулось на эту нежную ласку… и на осторожное прикосновение его пальцев, скользнувших по ее груди.
Услышав приглушенный стон, слетевший с ее уст, Себастьян приник к ее губам в жадном поцелуе. Эви сделала слабую попытку отвернуться.
– Нет, Себастьян.
Он выпрямился, прижавшись лицом к ее волосам. Должно быть, ситуация и его собственное поведение показались ему забавными, он издал тихий смешок.
– Придется тебе что-нибудь придумать, Эви, чтобы решить эту проблему. И побыстрее… иначе… – Он помедлил, прикусив зубами ее ухо. – Иначе я затрахаю тебя до безумия.
Ее глаза широко распахнулись.
– Если ты будешь употреблять подобные выражения… – Возмущенно начала она, но Себастьян заставил ее замолчать крепким поцелуем.
Отстранившись, он посмотрел на нее с шутливым отчаянием: – Тебя не устраивает только выражение или то, что оно подразумевает?
С облегчением видя, что к нему вернулся рассудок, Эви выскользнула из узкого пространства между его телом и стеной.
– Меня не устраивает тот факт, что ты хочешь меня только потому, что я недоступна, а когда пройдет новизна…
– Дело вовсе не в этом, – перебил ее Себастьян. Эви одарила его недоверчивым взглядом.
– Б-более того, я не собираюсь пополнять собой список женщин, которых ты будешь посещать по очереди.
Себастьян молчал, уставившись в пространство. Эви чуть не лопалась от нетерпения в ожидании, когда он признает, что она права. Наконец он посмотрел ей в глаза.
– Ладно, – сказал он. – Я согласен на твои условия. Я буду… моногамным. – Последнее слово явно далось ему с трудом, словно он попытался говорить на иностранном языке.
– Я не верю тебе.
– Ради Бога, Эви! Ты хоть представляешь себе, сколько женщин пыталось добиться от меня подобного обещания? А теперь, когда я впервые в жизни готов принести обет верности, ты швыряешь его мне в лицо. Признаюсь, я вел активную сексуальную жизнь…
– Беспорядочную, – поправила Эви.
Он недовольно фыркнул:
– Беспорядочную, распутную – называй как хочешь. Я неплохо повеселился, и будь я проклят, если стану сожалеть об этом. Я никогда не спал с женщинами против их желания. И, насколько мне известно, ни одну не оставил неудовлетворенной.
– Суть не в том. – Лоб Эви перерезала морщинка. – Я не осуждаю тебя за прошлые грехи… во всяком случае, не пытаюсь наказать за них. – Проигнорировав его скептический смешок, она продолжила: – Но, согласись, такое прошлое не предполагает врожденной склонности к верности.
Себастьян помрачнел.
– Чего ты хочешь от меня? – сердито поинтересовался он. – Извинения за то, что я мужчина? Обета целомудрия, пока ты не решишь, что я достоин твоих милостей?
Пораженная этим вопросом, Эви молча уставилась на него.
Женщины всегда слишком легко доставались Себастьяну. Если она заставит его ждать, не исключено, что он просто потеряет к ней интерес. С другой стороны, если они лучше узнают друг друга, может, он начнет ценить ее не только физически? Может, у нее есть шанс стать для него чем-то большим, чем партнершей по постели?
– Себастьян… – осторожно спросила она, – ты когда-нибудь приносил жертву ради женщины?
Прислонившись плечом к стене, со скрещенными на груди руками и мрачной гримасой на лице, он напоминал падшего ангела.
– Какую жертву?
Она одарила его недовольным взглядом.
– Любую.
– Нет.
– Сколько времени ты способен выдержать без… – Эви запнулась, подбирая выражение, – без занятий любовью?
– Нелепое название, – буркнул он. – Это занятие не имеет ничего общего с любовью.
– Сколько? – не отставала она.
– Наверное, месяц…
Эви на мгновение задумалась.
– Тогда… если ты дашь зарок не иметь сексуальных отношений с женщинами в течение шести месяцев… я соглашусь спать с тобой.
– Шесть месяцев?! – Глаза Себастьяна на секунду расширились, затем презрительно сузились. – Ты уверена, что стоишь полугодичного воздержания?
– Отнюдь, – парировала Эви. – Ты единственный, кто может ответить на этот вопрос.
Было видно, что Себастьяну очень хочется сообщить ей, что она не стоит подобных жертв. Однако вожделение, мелькнувшее