Скромная дебютантка Эванджелина Дженнер сама предложила руку и огромное состояние циничному ловеласу Себастьяну, виконту Сент-Винсенту, но на своих условиях: отношения между ними не должны выходить за рамки дружеских, а супружеский долг Эванджелина готова исполнить лишь раз — в первую брачную ночь. Поначалу Себастьян принимает эти условия не без удовольствия, ведь формальный брак — именно то, о чем он мечтает. Однако первая же ночь с прелестной юной женой зажигает в его сердце пожар подлинной страсти, и перед знаменитым покорителем сердец встает нелегкая задача — соблазнить собственную супругу.
Авторы: Клейпас Лиза
– Вот так…
Эви округлила глаза, оценив преимущества новой позы.
– О! – выдохнула она. – О, это так… – Она осеклась, приспосабливаясь к его ритмичным движениям.
Весь ее мир сосредоточился в том месте, где их влажная плоть соприкасалась. Длинные рыжие ресницы Эви опустились, лицо раскраснелось. Охваченный нежностью, Себастьян медлил, желая продлить наслаждение.
– Поцелуй меня, – хрипло произнес он и жадно приник к ее губам, когда она склонилась ниже.
Эви вскрикнула и содрогнулась, обессиленно рухнув на него. Когда они немного пришли в себя, Себастьян нежно провел руками по ее влажной спине. К его восторгу, ее внутренние мышцы непроизвольно сократились, плотнее сомкнувшись вокруг него. Черт, не будь он ослаблен ранением… то нашел бы чем заняться в ближайшие четверть часа.
Он в изнеможении откинулся на подушки. Эви сползла с него и пристроилась рядом. Остатков сил Себастьяна хватило только на то, чтобы сжать в руке ее волосы и поднести яркую прядь к лицу.
– Ты убьешь меня, – пробормотал он, чувствуя, как ее губы, прижатые к его плечу, изогнулись в улыбке.
– А теперь, когда ты проиграл пари, – сказала Эви, нужно подумать о штрафе, поскольку ты уже извинился перед лордом Уэстклиффом.
Перед тем как граф с женой покинули клуб, Себастьян, давясь словами, заставил себя произнести покаянную речь. Но он постарался проделать это, когда Эви не было рядом.
– Лилиан мне все рассказала, – сообщила Эви, словно прочитав его мысли. – Не представляю, какой штраф тебе назначить, – произнесла она с сонной улыбкой.
– Уверен, ты что-нибудь придумаешь, – мрачно отозвался Себастьян и, едва смежив ресницы, провалился в глубокий оздоровляющий сон.
Явившись в клуб на следующий вечер, Уэстклифф с удивлением узнал, что Себастьян спустился в игорный зал – впервые после ранения.
– Не рановато ли? – поинтересовался он у Эви, когда они вышли из хозяйских апартаментов, направляясь на галерею, где дежурил один из служащих, нанятых Кэмом для усиления мер безопасности. Пока Буллард гулял на свободе, все передвижения посетителей клуба находились под неусыпным, хотя и не бросающимся в глаза контролем.
– Он так боится показаться беспомощным, – ответила Эви, нахмурившись, – что совершенно не щадит себя. К тому же он уверен, что без его руководства все развалится.
В темных глазах Уэстклиффа блеснула улыбка.
– Интерес Сент-Винсента к этому заведению кажется вполне искренним, Признаюсь, я не ожидал, что он добровольно взвалит на себя подобную ответственность. Годами он вел праздный образ жизни – непростительное расточительство, учитывая его умственные способности. Но похоже, единственное, что ему требовалось, – это найти подходящее применение своим талантам.
Выйдя на галерею, они облокотились о перила, глядя вниз, на игорный зал, битком набитый народом. Эви нашла глазами темно-золотистую шевелюру Себастьяна. Присев на краешек письменного стола в углу, он с улыбкой разговаривал с группой мужчин, толпившихся вокруг него. Его поступок, спасший жизнь Эви, вызвал всеобщее восхищение и сочувствие, особенно после того, как « Таймс» представила его действия в героическом свете. Этот факт, а также осознание того, что его дружба с могущественным графом Уэстклиффом возобновилась, принесли Себастьяну мгновенную и основательную популярность. Каждый день в клуб прибывали кипы приглашений, требовавших присутствия лорда и леди Сент-Винсент на балах, вечеринках и других публичных мероприятиях, которые они отклоняли по причине траура.
Приходили также письма, густо надушенные и подписанные женской рукой. Эви не решалась ни вскрывать их, ни интересоваться отправительницами. Стопка нераспечатанных конвертов росла, что в конечном итоге подвигло Эви на действия.
– У тебя накопилась целая кипа непрочитанной корреспонденции, – обратилась она к Себастьяну, когда они завтракали в его комнате. – Письма уже заполонили половину конторы. Что нам с ними делать? – Лукаво улыбнувшись, она добавила: – Я могла бы читать их вслух, пока ты отдыхаешь.
Он прищурился.
– Выброси их. Или лучше верни нераспечатанными.
Эви попыталась скрыть ликование, вызванное его ответом.
– Я не против того, чтобы ты переписывался с другими женщинами, – сказала она. – Вряд ли это можно считать чем-то неприличным…
– Я не собираюсь ни с кем переписываться, – отрезал Себастьян, одарив ее многозначительным взглядом, словно хотел удостовериться, что она его правильно поняла. – Во всяком случае, не сейчас.
Стоя рядом с Уэстклиффом, Эви наблюдала за своим мужем с удовлетворением собственницы. Хотя к Себастьяну полностью вернулся аппетит, он еще не набрал прежний
