Дьявольские миры

ты сделаешь это, я обещаю тебе — союз с Сигритом. Я отдам эти зеленые земли под его защиту с ежегодной выплатой богатой контрибуции. Он должен только гарантировать нашу безопасность, но наши законы должны остаться такими, какими их установил мой отец. Они очень мудро приспособлены к особенностям этой местности и ее населения. Сигрит будет получать много нашего золота и серебра. Может, и ты разбогатеешь. Только одно я не обещаю: Камень Могущества. Он останется у меня и не достанется никому.
— Думаю, что Сигрит захочет его.
— Его не получит ни он, ни ты, ни Барт, ни любой другой человек, — она протянула руку и положила ее на руку Голта. — Что скажешь ты, барон Голт?
Голт стоял насупившись. Когда она коснулась его, что-то пробежало между ними, чего он раньше никогда не чувствовал. Это была какая-то магия. Она возбудила ток, протекающий между ними. На какое-то время Голт был оглушен, он лишился всех чувств. Он смотрел в это освещенное луной лицо, которое было так прекрасно, что он не мог не поддаться его очарованию. Может, это была его первая встреча с колдовством. Он знал только то, что он хочет только ее, и если она будет принадлежать ему, он никогда не посмотрит ни на какую другую женщину. В ее прекрасных голубых глазах он прочел то же самое чувство.
Он облизал губы, которые пересохли при ее прикосновении.
— Если все, что ты сказала, правда, — прошептал он, — то у меня есть основания выступить против Барта. Конечно, армия у меня не из лучших — отребье общества, но, я думаю, драться они будут. Я постараюсь сделать все, чтобы восстановить тебя на троне и выполнить приказ короля Сигрита.
Ее пальцы стиснули его руку.
— Без Камня Могущества? — прошептала она.
— Без него. Только с помощью оружия.
Она придвинулась ближе к нему.
— Тогда… тогда закрепим наш договор. — Ее губы были слегка приоткрыты, глаза смотрели в его глаза.
— Да, — сказал Голт. — Я закреплю договор. — Он притянул ее к себе и прижался губами к ее рту.
Поцелуй длился очень долго. Когда он кончился, Голт понял, что независимо от того, погибнет он здесь, или нет, поход в Неизвестную Страну для него прошел не напрасно. — Тайна…
Она задрожала в его объятиях. — Такая магия, — прошептала она. — Я раньше никогда не знала, что такое бывает.
Затем Голт пришел в себя. Он резко отстранился от нее.
— Конечно, магия. Но мы здесь в безопасности? Ведь мы не вооружены, а нам необходимо оружие. Прежде, чем что-либо начинать, нам нужно вооружиться. Это очень важно!
— Вы получите оружие прямо сейчас. Это место тайное — оно священно для людей-растений. Но теперь Биры летают везде, знают все, и ты дал мне слово. Ты получишь свой меч, Голт. Но поцелуй меня еще раз.
— С удовольствием… — Он потянулся к ней.
В это мгновение вся поляна наполнилась щебетаньем, похожим на птичье, каким-то нестройным шумом. Тайна отскочила, глаза ее расширились, лицо побледнело в лунном свете.
— О, боги! — выдохнула она, — быстрее! Слиты! Слиты идут! Оружие там! — и она показала, где именно.
— Гомон! — завопил Голт. — Мечи! Вооружай людей! — Он бросился через поляну. В этот момент его жеребец фыркнул, заржал, стал бить копытами. Он что-то ощущал во мраке, за поляной. Гомон и остальные солдаты стояли удивленные, парализованные. Они выпили много розового вина, расслабились, многие уже обнимали женщин из племени Невинных.
— Голт! — вскричала Тайна. — Смотри!
Но было уже поздно. Они уже были здесь, окружили поляну плотным кольцом, материализовывались из тьмы, как тени. Мечи были в руках Голт услышал брыканье коня, который отступал назад, на поляну. Голт знал мужество своего коня. Он был уверен, что он ни перед кем не отступит. Но только змеи могут заставить его попятиться.
И его рука уже почти схватила меч, как острие меча у горла заставило его остановиться.
— Не двигайся, человек, — прозвучал шипящий голос. — Если ты не послушаешься, то останешься без головы.
Голт медленно выпрямился, заглянул в холодные змеиные глаза, глубоко посаженные на лице, защищенном сверкающей чешуей. Вместо носа на лице были узкие щелочки ноздрей. Рот был широкий, с твердыми губами, из него все время выскакивал нервный раздвоенный язычок. Слиты были в шлемах, со щитами и были одеты в кожаную одежду. Но настоящие их доспехи были сделаны не из металла. Это была чешуя. Она покрывала каждый дюйм их тела: очень длинную шею, покатые плечи, на которых сидела маленькая голова, руки, ноги, живот — и длинный хвост, который неутомимо, как у всех рептилий, мотался сзади. Голт никогда не видел таких отталкивающих существ, и таких опасных — даже полуволки Альбрехта были симпатичнее.
Вся поляна была наполнена