Дьявольские миры

а матросы разбежались кто куда.
Я был в три или четыре раза крупнее его, а по весу превосходил еще больше, но его мускулы были как сталь, и яростное сопротивление продолжалось. Дважды он провел когтями по моей шее и груди. Его ноги нарисовали татуировку на моем животе, а зубы раз за разом впивались в меня. Я пригвоздил его к палубе, а он пытался выбраться из-под меня и вскарабкаться обратно на мачту. Я рискнул осмотреться. «Андраста» барахталась без управления, а шквал был уже совсем близко.
— Пошлите команду на снасти! — крикнул я капитану. — А то шквал неминуемо погубит нас!
Отвлечение от борьбы с Броуджером чуть не стало для меня роковым. Его когтистые лапы сомкнулись вокруг моего горла, ища сонную артерию. Я со всего размаха обрушил оба кулака на его затылок. Этот удар мог бы свалить быка, морской демон испустил громкий, воняющий дохлой рыбой вздох и на некоторое время потерял сознание. Я, истекая кровью из ран на шее, плечах, груди и царапин на лице, с трудом поднялся на ноги, но Броуджер вновь ожил. Он встряхнулся, как собака, вылезшая из воды, и покатился от меня, выкрикивая угрозы в мой адрес. Я бросился за ним, но меня опередила Аннис.
Она склонилась над демоном.
— Броуджер, Броуджер, смотри! — скомандовала она, показывая ему что-то.
Она держала в руке нечто, напоминающее маленький светящийся шарик.
Свет непрерывно мигал, и как только он попал в зрачки Броуджера, они остановились.
— Броуджер, я приказываю тебе!
Броуджер склонил голову, его длинные уши захлопали на ветру. Он попытался закрыться от света, подняв перепончатую лапу, но свет проходил сквозь нее. Его глаза побелели, и он только лежал и смотрел.
— Я приказываю тебе от имени… от имени древнего и безначального. Я приказываю тебе от имени Хен Ддихендид.
Броуджер медленно поднялся на ноги. Его глаза были устремлены на свет, который исходил из рук Аннис.
— Уйди отсюда, Броуджер! Уйди отсюда и вернись туда, откуда пришел.
Возвращайся в море, о вышедший из отвратительных нечистот океана! Я приказываю тебе!
Броуджер начал пятиться к борту судна, постепенно истаивая в воздухе.
Когда он достиг борта, он уже был колышущимся силуэтом, который прошел сквозь поручни. Силуэт удалился от судна и растаял в воздухе еще до того, как погрузился в море.
— Он ушел, мы в безопасности, — сказала Аннис, прижимаясь ко мне.
— Почему ты не использовала это раньше? — спросил я, глядя на ее руку, в которой уже ничего не было.
— Для аккумуляции энергии требуется время. К тому же мне пришлось призвать энергию более мощную, чем Бранвен. Я боялась, что не смогу воздействовать на него, когда он был наверху. Хорошо, что ты стащил его и немного придавил. Ты был очень храбр.
Я горделиво улыбнулся и уже хотел начать рассказ о своих ощущениях, когда висел на мачте с Броуджером, вонзившим в меня свои когти, как вдруг увидел, что на нас обрушивается шквал, ревущий, как разъяренные фурии.
Корабль безвольно болтался на волнах. Единственный парус был наполовину спущен за борт, но матросы все еще стояли неподвижно. Только помощник капитана и несколько матросов пытались спустить за борт шлюпки.
— Надо что-то предпринять, — сказал я Аннис, — иначе мы погибнем.
Вместе с ней мы бросились к рулевому веслу.
— Эдерин! Капитан Эдерин! Пошлите ваших людей на парус! Поднимите его! Это надо сделать до шквала!
Эдерин не слышал. Он стоял на коленях и молился, сложив руки на груди. Команда еще пыталась спустить шлюпки в море. Я знал, что во время шквала шлюпки более чем бесполезны, и не хотел, чтобы они погибли сами и погубили нас.
— Назад! Назад, никчемные швабры! — заорал я. — Или вы спасете корабль, или погибнете вместе с ним!
И тут начался мятеж. Они похватали все, что попало под руку — от топоров до багров и ножей — и кинулись на меня. Боцман, здоровенный тип с почерневшими зубами и носом картошкой, был впереди, остервенело размахивая над головой топором. Я отскочил в сторону, схватил его поднятую руку и так вывернул, что он вскрикнул и выронил топор. Затем я поднял его за руку и за ногу, превратив его тем самым в великолепный метательный снаряд, и бросил в показавшихся над краем палубы четверых матросов.
— Бей! — выкрикнула Аннис, когда снаряд попал в цель и все пятеро покатились на нижнюю палубу.
Я бросился вперед, схватил завязанный узлом канат и погнал оставшихся матросов.
— К снастям! К снастям, шакалы! Поднимите парус, или я отправлю вас на корм рыбам!
Я поставил боцмана на ноги и пинком отправил его на мачту. После некоторого колебания он с несколькими матросами стал подниматься наверх.
Помощник капитана пытался прыгнуть на меня с ножом,