Проснувшись в постели рядом с прославленным детективом чарлстонского полицейского управления Джеем Берджессом, тележурналистка Бритт Шелли никак не может вспомнить, как туда попала… и как умер красавчик Джей — потому что Берджесс мертв. Пять лет назад он стал свидетелем страшного пожара, унесшего семь жизней. Жертв могло быть намного больше, если бы не храбрость Джея.
Авторы: Сандра Браун
но Рейли схватил ее за локоть и потащил за собой к тротуару.
Заворачивая за угол, он оглянулся. Ни Фордайс, ни охранник за ними не гнались. Вероятно, «страж порядка» лежал без сознания на полу в холле Кобба Фордайса.
— Охранник…
— Был в ту ночь в доме Джея, — задыхаясь, выдавила Бритт на бегу. — Я сразу его узнала. Я помню, Рейли! Я помню!
Рейли вел машину на предельной скорости, стараясь побыстрее покинуть черту города. Он избегал скоростных шоссе, держался проселочных дорог, которые хорошо изучил за время своей добровольной ссылки.
Он все время косился в зеркало заднего вида, возможно, их все-таки преследовали, но они не замечали этого. За ними не мчались патрульные машины с включенными сиренами, хотя вряд ли бы Фордайс настолько глуп, чтобы пустить по их следу полицейских. Скорее, безобидные седаны. Личную гвардию.
— А я поверил этому сладкоголосому мерзавцу, — сердито сказал Рейли, минуя на огромной скорости сонный городок с единственным светофором на главном перекрестке.
— Я тоже. А ведь я обычно чувствую, когда меня пытаются надуть.
— Лживый ублюдок.
— Когда он извинялся перед тобой, его раскаяние казалось таким искренним.
— Уверен, он подумал: как ему повезло! Его головорезы гоняются за нами по всему штату, а мы являемся прямо к нему домой! Так называемый охранник, вероятно, сидел в засаде где-то рядом с Капитолием, дожидаясь нашего приезда в назначенное время. Нам бы даже не удалось войти в здание.
— Хорошо, что ты догадался изменить первоначальный план.
— Но мне не хватило ума понять, что Фордайс порет чушь. «Мариотт», будь я проклят! Пока мы стояли в вестибюле, радуясь обретению влиятельного союзника и защите, он звонил своему наемнику и сообщал о неожиданных изменениях.
— А вдруг я его убила… — произнесла Бритт дрожащим голосом.
— Да нет, что ты, но… — Рейли взглянул на нее. — Но ты могла бы теперь обратиться в полицию. У нас есть видеозапись. Мы вынудили Фордайса сказать…
— Ничего он не сказал, Рейли. Ничего существенного. Запись бесполезна. Фордайс играл на камеру. На этой пленке наш пламенный генеральный прокурор рассыпается в извинениях и сожалениях. Он демонстрировал лишь искреннее раскаяние, но не признался ни в участии в поджоге, ни в смерти Сузи Монро или в чем бы то ни было.
Рейли понял, что Бритт права, и выругался.
— Он прекрасно сознавал, что делал, — продолжала Бритт. — И отлично нами манипулировал.
Рейли впал в ярость. Как легко их обвели вокруг пальца!
— Если теперь мы пойдем в полицию со своими обвинениями, Фордайс заявит, что мы ворвались в его дом с оружием… О, дьявол! Я оставил револьвер на столе.
Страшная промашка, однако теперь ничего не исправишь, сколько себя ни ругай. Вряд ли, конечно, он смог бы кого-нибудь застрелить, но ведь ни один из его врагов не знал об этом, а теперь он потерял ощущение безопасности, которое дает обладание заряженным оружием.
— В лучшем случае Фордайс заявит, что мы рассказали ему историю, требующую тщательной проверки, а когда он вызвал нам охрану, ты вдруг оглушила беднягу вазой.
— Я не могу доказать, что этот охранник убил Джея, но я знаю, что он там был.
— Ты видела его в «Уилхаусе»?
— Нет. Но я уверена, что он был в доме Джея… с напарником.
— Буч? Санденс?
— Нет. Кто-то другой.
— Итак, у нас есть Буч и Санденс, парень, который пришел за нами в дом Фордайса, и еще один, которого мы пока не видели.
— Я смогу опознать четвертого, когда увижу, потому что теперь я четко помню, как он склонялся надо мной…
Она вдруг замолчала, и Рейли резко повернулся к ней:
— Склонялся над тобой… Что? Он тебя изнасиловал?
— Нет, просто… — Бритт передернулась, молча сунула провод видеокамеры в прикуриватель. — Если что-то случится со мной, с нами, это должно быть зафиксировано.
Рейли согласно кивнул. Бритт заговорила в камеру:
— Мы с Джеем вошли в квартиру. Я села на диван, он устроился рядом. Предложил мне виски. Я ответила, что неважно себя чувствую, что вино ударило в голову. Джей сказал, что тоже захмелел, наверное, из-за лекарств. Мы сидели на диване бок о бок, закинув головы на спинку.
Джей взял меня за руку и повторил, что у него есть бомба, которая взорвет все полицейское управление и муниципалитет. Я помню, что попросила его подождать, пока я возьму блокнот из сумочки, но была совершенно дезориентирована.
Джей сказал: «Записи тебе не потребуются, ты все запомнишь». Я не спорила. У меня уже не было сил думать о чем бы то ни было. Джей снял с меня босоножки, положил мои ноги себе
