Проснувшись в постели рядом с прославленным детективом чарлстонского полицейского управления Джеем Берджессом, тележурналистка Бритт Шелли никак не может вспомнить, как туда попала… и как умер красавчик Джей — потому что Берджесс мертв. Пять лет назад он стал свидетелем страшного пожара, унесшего семь жизней. Жертв могло быть намного больше, если бы не храбрость Джея.
Авторы: Сандра Браун
ему, как и всем, кто был знаком с Джеем, будет его не хватать.
Репортер передал эстафету ведущим в студии, прокомментировавшим драматичные и пикантные подробности этого дела. В финале передачи вновь показали легендарную фотографию и крупным планом лицо Джея Берджесса с отблесками пламени в глазах и дорожками слез на щеках, покрытых сажей.
Кобб нажал на кнопку пульта, и изображение погасло. Проклятая фотография. Она положила начало стремительному взлету его карьеры, и все ожидали, что он повесит ее в рамочке на почетное место в своем кабинете. Именно поэтому он ее и не повесил.
Кобб встал и подошел к окну. Как он и предполагал, телевизионные микроавтобусы вытянулись вдоль обочины; репортеры разных каналов всего округа выстраивали кадры со зданием Законодательного собрания штата на заднем плане.
Пожар в полицейском участке. Неотступный кошмар, возвращающийся с пугающей настойчивостью. На этот раз интерес к нему возродился из-за смерти Джея Берджесса. Больше всего на свете Кобб хотел, чтобы о пожаре вообще перестали упоминать, чтобы средства массовой информации навсегда забыли о нем, прекратили бы снова и снова с упоением давать в эфир архивную запись, пересказывать всю эту историю и показывать обессмертившую их проклятую фотографию. Будь его воля, он наложил бы на все это судебный запрет. Он хотел, чтобы избирателям перестали напоминать о том, что, если бы не пожар, он, возможно, и не занял бы этот кабинет.
И больше всего на свете он хотел бы сам забыть об этом.
Остаток дня после пресс-конференции Бритт провела дома, отвечая на бесконечные телефонные звонки.
Звонили знакомые, звонили репортеры. Все жаждали получить полную информацию, узнать подробности ночи, которую она провела с Джеем Берджессом. Самое интересное, что хорошие знакомые были ничуть не деликатнее наглых репортеров. Они говорили, что потрясены случившимся, возмущались тем, что ей приходится оправдываться, но за их сочувствием ей мерещилось лишь неуемное любопытство. Как же им не терпелось выведать, что же произошло на самом деле! Устав отвечать на одни те же вопросы, она отключила домашний телефон прикорнула на диване с сотовым в руке.
Она ждала одного-единственного звонка. Она надеялась что позвонит Билл Алегзандер и скажет, что эксперты обнаружили следы рогипнола, одного эффективнейших наркотиков сексуального насилия, иногда задерживающегося в организме до семидесяти двух часов.
Звонка она дождалась, но услышала совсем не то, что хотела. Адвокат не стал ходить вокруг да около.
— Мне очень жаль, — сказал он. — Тест на все вещества, которые могли вызвать потерю памяти, отрицательный.
Бритт испустила долгий вздох.
— Вообще-то, я другого и не ждала. Эти наркотики наносят молниеносный удар и быстро выводятся из организма. В этом вся прелесть для сукина сына, подсыпающего их женщине в напиток.
— Да, конечно…
Адвокат принялся рассказывать о том, как начальник полиции и окружной прокурор задали ему хорошую трепку за проведение пресс-конференции.
— Они сказали, что сначала я должен был согласовать наши действия с ними. Я напомнил, что вы не подозреваетесь в совершении преступления, что еще даже неизвестно, было ли вообще оно совершено, и что вы имеете право на свободу слова согласно Первой поправке.
— Представляю, как они перепугались.
Судя по раздражению, зазвучавшему в его голосе, шутка ему не понравилась.
— Дело в том, что вы не входите в число любимчиков полицейского управления, особенно детективов Кларка и Джавьера. Они предъявили мне претензии, что вы намеренно препятствуете их расследованию.
Созывая пресс-конференцию, она точно рассчитала шансы на успех и понимала, что полиции эта акция не понравится. Однако она хотела заявить, причем заявить публично, что самое вероятное объяснение ее потери памяти в ночь смерти Джея — прием какого-то наркотического вещества. И теперь, когда результаты анализа оказались отрицательными, она радовалась тому, что все-таки поделилась с общественностью своими подозрениями.
— Если необходимо, я готова на проведение магниторезонансной томографии, чтобы доказать отсутствие опухоли мозга или каких-либо других причин внезапного провала памяти.
Теперь решил пошутить адвокат:
— Но там еще был виски.
Она хотела было спросить, на чьей он стороне, но решила не тратить попусту остатки сил.
— Джей был моим другом, и его смерть — удар для меня. У него был неизлечимый рак, и он умер во сне, что многие сочли бы благом. Однако из-за того, что я работаю на телевидении,
