Джин Грин — Неприкасаемый

не сносить головы. Мадам Хенесси закатила проводы Мандарину… подумать только, выйти в отставку на двенадцатом году!.. Слышали, продается ипподром в Манчестере… Вот до чего доводят нас эти федеральные социалисты своей налоговой политикой…
— Да что вы так на меня смотрите в упор? — спросил Джин Ширли.
— Ты мне напоминаешь мальчика, с которым в детстве во Фриско я дралась из-за мяча, — тихо смеясь, ответила она.
— О! Так вы девушка с золотого Запада, где мужчины настоящие мужчины, где женщинам это нравится?!
Оркестр морской пехоты грянул марш «Поднять якоря!» На трек выходили лошади международных скачек. Здесь был великий Келсо и Боуперил, итальянец Салтыков и русский Рекорд, французский конь Матч II и англичанин Мистер Уот, победитель дерби ирландец Ларкспур и конь из княжества Лихтенштейн с загадочным именем Воспоминание о Мариенбаде…
Пегие, вороные, гнедые красавцы с лоснящимися крупами, с мальчишескими фигурами жокеев в седлах медленно прогарцевали мимо трибун. Началась последняя разминка. Ипподром возбужденно загудел.
— Что же это был за гадкий мальчик? — тихо спросил Джин.
Ширли продолжала смеяться.
— Позже он покушался на мою честь. Ну-ну, я шучу. Кого вы играете, Джин?
— Рекорда. Мы с Лотом поставили на десять «грэндов».
Она округлила глаза.
— Ого! Может быть, вы внебрачный сын моего мужа?
— Нет, просто собираюсь пойти по его стопам. Это первый шаг. Надоела нищета.
В это время Лот притронулся к плечу Джина и протянул ему сложенную вчетверо газету.
— Взгляни-ка, малыш!
«Три трупа на дне карьера. Убийство или несчастный случай?

Сегодня утром полиция Спрингдэйла обнаружила на дне заброшенного карьера три обгоревших мужских трупа в «форде» выпуска 1953 года. Несмотря на найденную в машине бутылку из-под виски, полиция допускает возможность, что трое неизвестных стали жертвами убийства.
Итак, возможно еще одно тройное убийство. Было ли здесь преступление и будет ли оно раскрыто? В прошлом году, по сообщению ФБР, в стране каждый час совершалось одно убийство, каждые шесть минут — кража, каждые 37 секунд — ограбление. За первые семь месяцев текущего года преступность увеличилась на три процента…»

— Слушай, может быть, нужно заявить в полицию? — шепнул Джин Лоту.
— Браво! — шепнул Лот. — Состояние твоей головы начинает мне внушать опасение.
— Папочка! — крикнула Ширли своему мужу. — Кого ты играешь?
— Я играю французского лошадку, — прошамкал Си-Би Грант. — Она очень милая.
— О! — удивилась Ширли. — Ведь ты всегда играешь только своих лошадей.
— А кто тебе сказал, детка, что это не моя лошадка? — миллиардер взглянул на жену чистыми, как техасское небо, глазами.
— Это для меня новость, — Ширли засмеялась. — Вот скрытный старик!
— Похоже, что мы с тобой горим, — заволновался Лот. — Старый прохиндей доллара не выбросит на ветер.
Внизу, на галерее, творилась какая-то сумятица. Возникали и мгновенно рассыпались группки мужчин, пробегали возбужденные люди с зажатыми в кулак пачками серо-зеленых банкнотов.
— А вот мальчики играют русскую лошадь, — сказала Ширли.
— Смело, смело, — пробормотал безучастно старик. Вставший в своей ложе капитан Хайли что-то семафорил Джину и Лоту, делал какие-то предостерегающие жесты.
Пулей промчался мимо лож букмекер Ларри с окаменевшей на лице улыбкой.
— Мальчики, боюсь, что вы погорели, — взволнованно сказала Ширли. — Вряд ли Рекорду дадут взять приз, если Си-Би играет против. Может быть, еще можно…
Лошади уже шли к старту.
— Да ведь это же честные скачки! — воскликнул Джин.
— Конечно, — тихо, себе под нос сказал Си-Би. — Просто Матч, я думаю, сильнее.
— Все были убеждены, сэр, что вы играете Рекорда, — сказал Лот непринужденно, хотя Джин видел, что он взбешен.
— Все всегда все за меня знают, — проворчал Си-Би.
Ударил гонг. Лошади взяли со старта и сплошной грохочущей копытами лавиной промчались мимо трибун.
За первым столбом обозначилась группа лидеров. По кромке шел Рекорд, голова в голову несся могучий