Приключенческий роман, в котором раскрываются методы подготовки американских разведчиков. Герой романа Джин Грин проходит школу подготовки «зеленых беретов» — суперменов, способных выполнять любое задание в любой части земного шара, куда протягивается рука дяди Сэма. Он участвует в войне во Вьетнаме, забрасывается в Советский Союз. Авторам романа (их трое — Василий Аксенов, Овидий Горчаков, Григорий Поженян) удалось создать не только остросюжетное произведение, но и наполнить его глубоким содержанием. Перед читателем проходит личная драма многих действующих лиц, втянутых в водоворот событий, вынужденных защищать чужие интересы.
Авторы: Горпожакс Гривадий
кабинета, обставленного дорогой антикварной мебелью периода Революции. Кто сидел на софе, кто на кожаном пуфе, один так просто на ковре возле камина. Позы были непринужденны. В руках джентльмены держали стаканы толстого стекла. Один лишь Тео Костецкий, всей своей жизнью приученный к аккуратности и собранности, совершенно в душе не одобряющий все эти американские вольные позы, похлопывание по плечам, «Боб», «Дик» и так далее, сидел за длинным полированным столом, деловито вылупив на Гранта свои неподвижные глазки.
Из-за плотно прикрытых окон с лужайки слабо доносились голоса молодых гостей, музыка. Разговор в кабинете велся в излюбленной Грантом вяловатой, непринужденной манере, между тем как каждое слово всемогущего Си-Би наматывалось на ус собеседниками.
— …а кстати, вот это дело с личными атомными убежищами, — говорил Грант. — Помогут они нам, если у мистера Кея разгуляются нервы? Как вы считаете, Монти?
— Господи, вы еще спрашиваете, Чарльз! — воскликнул человек, сидящий у камина, и коротко хохотнул. — Ровно так же, как яйцу в кастрюле помогает скорлупа.
— Шутки шутками, а дело это серьезное и важное, — сказал человек с софы. — Нельзя забывать о психологической важности убежищ. Нация размягчена этим идиотским сосуществованием. В один прекрасный момент…
— А почем они идут, Дик? — перебил Грант.
— От пяти до пятидесяти тысяч, Чарльз, — сказал человек, сидящий на пуфе.
— Так нам надо тоже не зевать, — проговорил Грант и тут как раз зевнул, смущенно покрутил головой на дружески-подхалимский смех. — Чего же мы зеваем, если дело это такое, — он хихикнул, — патриотическое…
Костецкий сделал быструю пометку в своем блокноте.
— Есть дело поважнее, Чарльз, — сказал человек с ковра. — Сукарно подбирается к нашим заводам на Борнео.
— А кстати, как там с пивом у наших ребят на Борнео? — неожиданно остро мелькнув голубыми глазками, спросил Грант.
— Простите, сэр? — наклонился вперед Костецкий.
— Вот что, братцы, — сурово и твердо сказал Грант, — я сам в тропиках протрубил не один год и знаю, каково там без пива. У наших ребят на Борнео всегда должно быть свежее пиво, — жестким пальцем он постучал по краю стакана.
— Записано, сэр, — сказал Костецкий.
— Ну вот, — Си-Би сразу ослабел и протянул умирающим голосом: — А насчет этого дела прямо уж не знаю, что вам посоветовать. С историей, ребята, — он снова хихикнул, — шутки плохи. Вот разве что переговорить с Джоном, чтобы он позвонил Фреду, а?.. Наверняка где-нибудь там болтается пара наших эсминцев… Почему бы им не прогуляться вблизи Борнео?
— Где-то там и «Энтерпрайз» валандается, — сказал человек, сидящий на ковре.
— Ну вот, не мне вас учить, — махнул рукой Грант.
— Эйч-Эл
мы подключаем к этому делу? — спросил человек от камина.
— А почему же нет? Пусть и Эйч-Эл почешется.
Си-Би Грант посмотрел на зеленеющее небо за окнами кабинета и тихонько засвистел мечтательную ковбойскую песенку.
— Вы сегодня здорово сыграли на ипподроме, Чарльз, — сказал человек у камина.
— Особенно этому обрадуется Эдвин, — проговорил Грант.
— Это верно? — нервно воскликнул человек с софы.
Грант в ответ только присвистнул.
Человек с софы вскочил и пробежался по кабинету. Тени и свет промелькнули но его аскетическому лицу, по упавшим на лоб жиденьким черным прядям, по загоревшимся глазам.
Лайон поднял уши. Он понял, что среди присутствующих находится один скрытый сумасшедший.
— А вот за это добрые люди еще раз скажут вам спасибо, Чарльз! — воскликнул человек с софы. — Люди, ведущие нелегкую борьбу за честь нашей страны. Опасность гораздо глубже, господа, чем кажется. Если бы только коммунисты, тайные или открытые, с которыми мы имели дело во времена сенатора Маккарти! Тлетворное влияние марксизма ползет на нас, как смог! Крушение идеалов, декадентство подтачивают наше общество! Все эти студентики и жалкие модерняги, считающие, что поэзию изобрел Т. С. Эллиот! Мы должны предупредить их, что не позволим влить их вонючую жижу в кровь нации! Я преклоняюсь перед Медфордом Эвансом, вот стойкий борец, и всегда бьет по главному направлению! Последняя его статья в «Форуме фактов» «Почему я антиинтеллектуал?» вызвала сенсацию…
— Кстати, статья написана на самом высоком интеллектуальном уровне, — усмехнулся человек от камина.
— Медфорд Эванс — великий человек! — продолжал выкрикивать человек с софы. — В свое время в Комиссии по атомной энергии он здорово растряс предателя Оппенгеймера и всех прочих. Не кажется ли вам, джентльмены, — он зловеще понизил
