Московская жизнь, казавшаяся издалека такой привлекательной, становится для главной героини романа Лизы Успенской жестокой жизненной школой. Ей приходится столкнуться и с обитателями московского «дна», и с капризными светскими дамами. В момент полного отчаяния она встречает человека, которого, как она вскоре понимает, искала всю жизнь. Но, несмотря на взаимную любовь, счастье с ним оказывается нелегким. Став женой крупного предпринимателя, Лиза не только получает возможность отдыхать за границей и жить в роскоши, но и разделяет с мужем все трудности и опасности его жизни.
Авторы: Берсенева Анна Александровна
манеж и тут же разложила его посреди кухни. Олеська с готовностью уселась в манеж и на некоторое время занялась игрушками.
— Ты чего не ешь? — спросила Оксана. — В общем, не переживай. Ты ж не перестарок, найдется кто-нибудь, влюбишься — и все будет нормально. Разве нет?
— Да, — улыбнулась Лиза.
Настроение у нее улучшилось само собой — как всегда, когда она встречалась с Оксаной. В самом деле, отчего раскисать да еще жаловаться? Она ведь давно поняла, что Москва — жесткий город, слабых не любит. Если не ладится здесь, надо возвращаться домой, а раз не хочется возвращаться — значит, здесь наладится. Рассудив таким образом, Лиза улыбнулась и принялась за жаркое.
— А чего ты вообще цепляешься за эту барыньку? — спросила Оксана. — Сама же мне говорила — помнишь, когда на курсы ходили? — фирм теперь много, неужто нельзя устроиться? Тем более ты по-немецки свободно… Попробуй, позвони туда-сюда, не может быть, чтобы ничего не нашлось. Если б ты на всю жизнь работу искала, а тебе ведь так, перебиться. А я Игорю скажу, чтоб тоже поспрашивал. Жалко, у него в фирме никто пока не нужен.
«Действительно, мне ведь только так… — молча согласилась Лиза и тут же подумала: — Но до чего я хочу «перебиться»? И ведь Оксана говорит об этом без тени сомнения — значит, это так заметно?»
Возвращаясь домой, Лиза думала о будущем немного спокойнее. Работать у Инги больше невозможно: вся кровь приливала к Лизиным щекам, когда она вспоминала сегодняшнюю отвратительную сцену, и где гарантии, что подобное не повторится? Значит, надо действительно позвонить по телефонам фирм — вон их сколько, в любой газете — и попытаться устроиться на подходящую работу.
Лиза старательно гнала от себя мысль о том, чего именно она ищет. Лучше думать просто о зарплате — чтобы хватило за комнату платить.
В понедельник она звонить не стала: вспомнила, что мама ни одного дела не начинала в понедельник, тяжелый день. Лиза дождалась вторника и, положив перед собой «Московский комсомолец» и еще несколько газет, принялась накручивать телефонный диск.
К ее удивлению, ни в одной фирме ей не отказали! Расспрашивали о возрасте, владении языком, умении обращаться с компьютером — и предлагали прийти на собеседование.
— Какого вы мнения о своей внешности? — спросила ее женщина по одному из телефонов.
— Не знаю… — Лиза растерялась, услышав подобный вопрос. — Говорят, выгляжу неплохо…
На всякий случай она решила не ходить в фирму, где сразу задают подобные вопросы: вполне возможно, это просто формальность, но Лиза не хотела связываться с сомнительными людьми.
Удачное начало поисков придало ей уверенности. «В самом деле, — думала Лиза. — Ведь я устраиваюсь просто секретаршей, как бы это ни называлось; смешно было бы не справиться!»
Для походов в фирмы она выбрала изящный кремовый костюм — пиджак и юбку — из берсеневской коллекции, который, как она сразу заметила, создавал облик не только деловой, но в первую очередь очаровательной женщины. Юбка, может быть, чуть-чуть коротковата, но при стройных ногах смотрится отлично и ничуть не вызывающе.
Собеседования, правда, оказались не такими удачными, как телефонные звонки. Узнав, что Лиза не знает английского, «экзаменаторы» начинали говорить несколько более кисло, чем сразу, как только видели ее. И компьютер ей предстояло осваивать на месте, и стажа у нее не было…
Очень скоро Лиза поняла, что шансы ее невелики — как бы уверенно она себя ни чувствовала.
— Что ж, Елизавета Дмитриевна, — задумчиво произнесла дама, говорившая с ней в одной из фирм по продаже обуви. — Может быть, мы вас и возьмем, но вы же понимаете: платить вам только за приятную внешность никто не собирается, опыта у вас никакого, образования нет… На что вы вообще рассчитываете?
Может быть, дама говорила только для того, чтобы сбить цену, но слова ее задели Лизу. Никогда еще не было у нее такого отчетливого ощущения, что все ее достоинства вовсе не очевидны, что окружающие относятся к ней совсем не так, как она ожидает. И возразить ей нечего…
Она вдруг снова почувствовала себя робкой девочкой-провинциалкой, растерянной в недоброжелательной Москве, неуверенной в себе. А ей-то казалось, это чувство исчезло навсегда! В Германии она впервые ощутила, что многое может, надо только доверять себе, и вот — опять…
— Оставьте ваш телефон, — сказала дама, несколько смягчившись. — Может быть, у нас будет что-нибудь и для вас.
Но все это было невинными булавочными уколами по сравнению с тем, что услышала она в фирме по продаже сложной телевизионной техники.
В сияющий офис, оформленный в настоящем европейском стиле, она попала в пятницу, после ежедневных бесплодных
