Московская жизнь, казавшаяся издалека такой привлекательной, становится для главной героини романа Лизы Успенской жестокой жизненной школой. Ей приходится столкнуться и с обитателями московского «дна», и с капризными светскими дамами. В момент полного отчаяния она встречает человека, которого, как она вскоре понимает, искала всю жизнь. Но, несмотря на взаимную любовь, счастье с ним оказывается нелегким. Став женой крупного предпринимателя, Лиза не только получает возможность отдыхать за границей и жить в роскоши, но и разделяет с мужем все трудности и опасности его жизни.
Авторы: Берсенева Анна Александровна
после этих слов на сочувствие, хотя бы показное — а уж тем более естественно было ожидать сочувствия от такого человека, как Юра. Но он молчал, и в Юлиных глазах снова промелькнула обида.
Сергей понял, что пора уходить — зачем присутствовать при этом незримом выяснении отношений, зачем вообще мешать их выяснить в спокойной обстановке?
— Ну, ребята, — сказал он, поднимаясь. — Спасибо за отличный вечер, мне пора. Я, знаешь, Юлька, тоже устал, хоть из Москвы и не выезжал давно. Пойду, правда, лягу на диван и буду в потолок смотреть. Я тебе не нужен до понедельника, Юр?
— Ты-то ему всегда нужен, — ответила за мужа Юля. — Ладно, Сережа, пока. Приеду снова — увидимся.
Но увидеться им пришлось еще до ее отъезда.
Ратников зашел к нему утром в понедельник, когда Псковитин только что приехал в офис.
— Слушай, — сказал он. — Ты не мог бы сегодня Юлю проводить в Шереметьево?
— Конечно, мог бы. А ты что — нет?
— Да, понимаешь, Ростальцов из Англии вернулся, англичан привез, а мы ведь как-то мало ими последнее время занимались, не упустить бы… Один — член парламента, завтра утром уезжает. Я должен с ними сегодня вечером разговаривать. Думал, она в воскресенье улетит, проводил бы сам — а у нее дела оказались в понедельник, вот и… Так отвезешь?
— Без проблем, — пожал плечами Псковитин. — Когда самолет?
Юркино объяснение было более чем основательным, Псковитин тоже знал о приезде англичан. И все-таки — не было прежде таких англичан, из-за которых Юра не проводил бы жену…
Сергей заехал за Юлей к «Националю», подождал у бокового входа. По телефону она объяснила, что должна закончить какие-то переговоры: в «Национале» вскоре открывался парижский «Максим».
— Ты будешь на открытии? — спросил Сергей, когда Юля села в машину.
— Нет, не получается. Я потом приеду, устроим здесь презентацию нового агентства.
Лицо у нее было невеселое — но едва ли потому, что ей не удается быть на открытии московского «Максима». Сегодня, как, впрочем, и всегда, она выглядела неотразимо: в длинном красном плаще из какой-то воздушной ткани, который не столько согревал ее, сколько оттенял безупречную стройность.
Был конец дня, на улицах уже начались пробки, и они выбирались на Ленинградский проспект с черепашьей скоростью. Юля долго молчала, словно размышляя о чем-то, молчал и Сергей, не желая ей мешать.
— Скажи, Сережа, — вдруг нарушила молчание она. — У Юры кто-то появился?
«Ничего себе вопросик!» — подумал Псковитин. Даже если бы это было так — еще не хватало становиться информатором его жены!
— Ну, Юля, — укоризненно произнес он. — Спроси что-нибудь полегче. Что я, сторож при нем?
— Ты все время рядом с ним, — возразила Юля. — Кому знать, как не тебе — необязательно, чтобы он тебе сообщал. А иначе — я не понимаю, что с ним происходит. Он какой-то в этот приезд… Я вижу, он не рад мне, хотя и старается держаться так же, как обычно. И проводить не поехал…
— Да у него просто переговоры сейчас, — попытался объяснить Сергей. — Ты же сама теперь этим занимаешься, должна понимать.
— Я понимаю. Но мне показалось, он воспринял эти переговоры с облегчением. Сережа, я не слепая — хотя, конечно, мало остается времени на все это. С ним что-то происходит — что?
— Ну, вы редко видитесь, живете практически на два дома, — сказал Сергей. — Чему ж ты удивляешься? Он же не мальчик, чтобы всегда быть в восторге.
— Ты не понимаешь. Дело не в двух домах, он ведет себя по-другому… Ну, я не хочу объяснять подробно. Мы всегда жили порознь — во всяком случае, расставались периодически. И никогда такого не было. Мы оба привыкли, нас обоих это устраивает — и вдруг… Значит, у него кто-то появился, я не вижу других причин.
Сергей пожал плечами. Что он мог сказать? Конечно, у Юрки всегда бывали какие-то бабы — чему удивляться, когда жена далеко! Некоторых Сергей знал — хоть ту же Кариночку, некоторых — нет; но, во всяком случае, он был уверен, что все эти связи ничего не значат для Юры. И Юля не могла об этом не знать: она была женщиной без лишних комплексов.
Но самое удивительное заключалось в том, что у нее, красавицы и супермодели, кроме Юры, никогда не было никого! Ратников ни с кем, включая Сергея, не обсуждал интимные вопросы, но об этом он сам сказал ему однажды, и тот почему-то понял, что это правда.
Это было какое-то неназванное, но неотменимое условие их брака, еще до того, как они поженились — с того дня, как Юля поехала на свой первый подмосковный конкурс красоты. Не то чтобы Ратников ставил ей условия — она сама поставила их себе и никогда от них не отступала. Юрка сказал ему тогда об этом просто:
— Ей не нужны любовники, вот она их и не заводит. Ей есть на что тратить
