Московская жизнь, казавшаяся издалека такой привлекательной, становится для главной героини романа Лизы Успенской жестокой жизненной школой. Ей приходится столкнуться и с обитателями московского «дна», и с капризными светскими дамами. В момент полного отчаяния она встречает человека, которого, как она вскоре понимает, искала всю жизнь. Но, несмотря на взаимную любовь, счастье с ним оказывается нелегким. Став женой крупного предпринимателя, Лиза не только получает возможность отдыхать за границей и жить в роскоши, но и разделяет с мужем все трудности и опасности его жизни.
Авторы: Берсенева Анна Александровна
силы, время, и ей проще прилететь в Москву даже на одну ночь, чем затевать эту волокиту. И потом, она ведь меня любит, и я ее люблю.
В последнем сомневаться не приходилось: вся их жизнь, с самого детства, была тому доказательством. Сомнения появились у Сергея только в последнее время, но он вовсе не собирался делиться ими с Юлей — достаточно того, что она поняла сама.
— Я не знаю, Юль, — сказал он. — Поговори с ним сама, при чем здесь я?
— Как ты себе это представляешь? — прищурилась она. — Я спрошу: Юрочка, нет ли у тебя любовницы? Очень будет мило! Ладно, что об этом говорить.
Она действительно замолчала, глядя на запруженную машинами дорогу. Сергей видел, что Юля обижена, уязвлена. Но он не мог прочитать других чувств в ее прищуренных глазах…
Когда он возвращался из Шереметьева, невеселые мысли одолевали и его самого.
Прежде Лизе трудно бывало разобраться в собственных чувствах. Она не понимала, что связывает ее с Виктором, и инстинктивно не верила, что это может быть любовью. Она безоглядно отдалась первой своей любви, забыв обо всем ради Арсения, — и все-таки ей долго пришлось сомневаться в том, как она относится к нему, когда он решительно не захотел иметь ребенка.
Но то, что происходило с нею теперь, невозможно было считать сомнениями.
Наоборот — она сама, едва ли не через силу, заставляла себя сомневаться в собственных чувствах, потому что боялась той бездны, которая за ними открывалась.
Дело было не только в том, что Юра был женат. Юлия, которую она видела однажды и мельком, казалась ей полуреальной ослепительной красавицей, и Лиза не чувствовала перед нею никакой вины.
Но ведь впервые за многие годы — да что там, впервые в жизни! — она чувствовала необыкновенное душевное спокойствие, уверенность в том, что завтрашний день принесет счастье — и все это было связано с теми отношениями, которые сложились у нее с Юрой.
Она видела, как освещается его лицо, когда он смотрит на нее, она чувствовала себя счастливой в его присутствии — и понимала: все это слишком дорого, чтобы могло быть походя разрушено в поисках более близких отношений, которые ведь неизвестно еще, чем обернутся…
Ей приходилось собирать всю свою волю, чтобы быть благоразумной и довольствоваться тем, что есть, не пытаясь достичь в отношениях с Юрой ничего иного.
Ей было хорошо сидеть между ним и Сергеем Псковитиным — все равно где: в ресторане или в автомобиле, или в конференц-зале, или на скамейке ипподрома. Каждая минута, проведенная с ними, звенела в ней, напоминая о своей неповторимости…
Лиза понимала, что эта доверительная простота мгновенно прекратится, если ее отношения с Ратниковым перейдут за ту незримую черту, до которой их еще можно было считать просто дружескими.
И — ее смущал, тревожил взгляд Псковитина, который она чувствовала на себе постоянно. Она физически ощущала тяжесть этого взгляда.
Лиза прекрасно понимала, что в отношении к ней Сергея есть все, что угодно, кроме недоброжелательности, — и все-таки ей было неловко, когда она ясно читала в его глазах вопрос, ожидание, надежду… Чем она могла ему ответить?
В свои, совсем еще молодые, годы Лиза вовсе не была избалована мужским обществом. Конечно, она постоянно становилась предметом мужского интереса, к ней «цеплялись», ее хотел похитить молодой бандит в Новополоцке, на ней хотел жениться солидный и порядочный шофер — сосед ее матери; как она смутно припоминала, был еще преподаватель Новополоцкого политехнического, который пытался излить ей душу в надежде на взаимность. И был еще Пауль Кестнер, мечтавший видеть ее хозяйкой его кёльнского дома…
Но все они — желающие, требующие, вожделеющие, любящие — помогли ей понять только одно: встретить настоящего мужчину невообразимо трудно, их почти нет — тех, что были бы достойны хотя бы уважения. А уж любви…
И теперь ей дорого было расположение Сергея Псковитина: она чувствовала, что та неколебимая надежность, которая исходит от него, — редчайшая редкость. К тому же она видела, как относится он к Ратникову, и понимала, что стать между ними яблоком раздора — было бы преступлением.
«Пусть все так и будет, — думала Лиза. — Разве мне плохо с ними, разве им плохо со мной до тех пор, пока ни с одним из них не перейдена черта?..» Ей хотелось замедлить эти счастливые мгновения — и тут же хотелось поторопить их, все их отдать за один Юрин взгляд…
В какой-то момент Лизе показалось, что хрупкое равновесие достигнуто — во всяком случае, она видела, что Ратников тоже не в силах его нарушить. Но их прогулка по ночной Москве, после которой он с трудом оторвался
