кареты «скорой помощи» и телевизионщики от новостных каналов. Услуги «скорой помощи» не понадобились. Взрыв был такой силы, что от ее отца и брата практически ничего не осталось. Ни в первые часы после трагедии, ни позже никто не взял на себя ответственность за случившееся. Однако мало кто сомневался, что это была расплата за мужественное выступление князя на конференции ООН. Бомбу, по всей вероятности, подложили в какой-то момент между приездом Фредди и окончанием обеда. Судя по тому, что заминировали его машину, организаторы преступления планировали убийство сына в качестве предупреждения его отцу. Но вмешалась судьба, и благодаря чистой случайности им удалось убить еще и князя Лихтенштейна.
Всю ночь дворец и окружающая территория были наводнены людьми в форме. Несмотря на шок, притупивший все ее чувства, Кристиана настояла на том, чтобы выйти на улицу. Как только она в сопровождении телохранителей вышла из дворца, навстречу ей бросились Сэм и Макс. Не сказав ни слова, Макс сгреб ее в объятия и разрыдался; по щекам Сэма, стоявшего рядом, катились слезы. Оба были искренне привязаны к семье, с которой провели несколько лет. Кристиана молча смотрела остановившимся взглядом на черный провал в земле, где все еще вспыхивали всполохи пламени.
Вначале лишь немногие знали, что князь Ганс Йозеф тоже находился в машине. Все думали, что там был только Фредди, что уже само по себе было ужасно. Но новость быстро распространилась благодаря телохранителям, которые видели, как князь сел в «феррари» вместе с сыном. Это была двойная трагедия и страшная потеря для страны и для всего мира. Окруженная телохранителями, сопровождаемая Максом и Сэмом, Кристиана бесцельно бродила, отказываясь вернуться во дворец. В ее смятенном мозгу засело убеждение, что, оставаясь рядом с тем местом, где находились ее отец и брат, прежде чем навсегда исчезнуть, она может каким-то непостижимым образом вернуть их из небытия. Невозможно было постичь случившееся и оценить, что это значит для Лихтенштейна. Глядя на потрясенные лица Макса и Сэма, видя их слезы, Кристиана начинала сознавать, что навеки потеряла отца и брата. Она осиротела, а страна лишилась лидера.
— Что же теперь будет? — растерянно спросила она Макса.
— Не знаю, — честно признался он.
И никто не знал. Помимо ее личной трагедии, это была колоссальная проблема для страны. Власть в Лихтенштейне всегда переходила от отца к сыну, и с гибелью Фредди не оставалось никого, кто мог занять его место.
В эту ночь Кристиана так и не легла спать. Повсюду были журналисты, передававшие отчеты в свои издания. После впечатляющего выступления в ООН князь Ганс Йозеф стал широко известен, и взрыв его автомобиля оказался важной международной новостью. По общему убеждению, между обоими событиями прослеживалась связь. К счастью, целый полк телохранителей ограждал Кристиану от назойливого внимания прессы.
Где-то в середине ночи Кристиана поднялась к себе, и Сильвия помогла ей переодеться в черное. Когда она снова спустилась вниз, все помощники и секретари ее отца были в сборе, занятые лихорадочной деятельностью. Кристиана не имела представления, чем они заняты и куда звонят. К ней подошел ее личный помощник и сообщил, что они занимаются организацией похорон.
— Организацией чего? — переспросила Кристиана, испытав шок.
Какой бы спокойной и вменяемой она ни казалась, ее мозг упорно отказывался воспринимать ужасную правду. Папы больше нет… Она снова почувствовала себя пятилетней, вспомнив то утро, когда умерла ее мать… а теперь и Фредди… бедный глупый Фредди, со всеми его выходками и шалостями… теперь его тоже нет. Никого нет. Она осталась совсем одна на белом свете.
Кристиана находилась в кабинете отца с его сотрудниками, когда прибыли члены правительства. Все двадцать пять человек, облаченные в черные костюмы с черными галстуками, с осунувшимися лицами. Никто из них не сомкнул глаз этой ночью. Собираясь небольшими группами, они следили за новостями, плакали, не тая слез, и пытались решить, что делать. Никогда раньше им не приходилось сталкиваться со столь неподъемной проблемой. Страна лишилась своего князя, и некому было занять его место, ибо наследник погиб вместе с ним, а женщины, согласно конституции, даже не рассматривались в качестве претенденток. Помимо огромной человеческой трагедии, то, что произошло этой ночью, было катастрофой для всей страны.
— Ваше высочество, — мягко обратился к Кристиане премьер-министр.
Члены правительства совещались с четырех утра и ждали до восьми, чтобы приехать во дворец. Впрочем, ни у кого не было сомнений, что там тоже никто не спит. Освещенные окна дворца ярко светились в ноябрьской тьме.
