Его благородная невеста

и доброму, как Арик.
– Разрази тебя гром, – пробормотала она, а затем бросилась прочь из дома, сопровождаемая громовым смехом Арика.
Не должен Арик оказывать на нее такое действие! И нечего ему делать в ее снах, пусть помогает только тем, что не прикасается к ней, и подумает о том, как бы аннулировать их брак.
Если только ей не удастся уговорить его устроить дождь.
Да, но тогда их браку и вправду придет конец. Ведь только если пойдет дождь, сказал дядя Бардрик, она может вернуться в Пенхерст. Возможно, сэр Пенли все еще будет ждать ее.
Но что сделать для того, чтобы Арик прекратил засуху? К тому же Гвинет немного сомневалась в том, что он в состоянии это сделать. Действительно ли он волшебник, имеющий дело с черными силами, или обычный человек?
Нахмурившись, Гвинет упала на стул под навесом крыши. Само собой, если бы у него не было каких-то сверхъестественных способностей, он бы объяснил это обитателям замка и защитил себя. Стало быть, он умеет колдовать.
Но как разбудить его силы?
Гвинет ни разу не слышала, чтобы он произносил какие-то заклинания. За те два дня, что она провела в его хижине, она не видела ничего, что хотя бы с виду напоминало колдовскую книгу. У Арика не было волшебных кристаллов, он не смотрел на свое отражение в реке. Нетерпеливо постучав большим пальцем по мягкой земле, Гвинет пришла к выводу, что она должна каким-то образом раскрыть его тайну.
Но тут ее нога задела что-то твердое.
Опустив глаза, Гвинет увидела обрывок выцветшей голубой ткани, прикрывающий деревяшку, с которой возился Арик. Может, в этом и заключается его колдовство? Тогда понятно, почему он почти не выпускает деревяшку из рук.
Прикусив губу, Гвинет сбросила тряпку и взяла в руки деревяшку. Она поднесла ее к глазам, внимательно осмотрела и поняла, что это вовсе не какой-то мистический символ или идол, а фигурка обнаженной женщины. У нее были длинные стройные ноги, налитая грудь, тонкая талия и округлые бедра. Волосы у вырезанной из дерева женщины были длинные, а страстное выражение лица…
Это было ее выражение, ее лицо!
У Гвинет перехватило дыхание. Квадратный подбородок, курносый нос – все как у нее. Волосы у фигурки доходили до локтей – так же, как ее волосы. Широкий рот не мог принадлежать никому другому, кроме нее.
Но они же всего несколько дней вместе! Выходит, Арик каждое мгновение думал о ней, представляя ее обнаженной?
Гвинет услышала, как находившийся в хижине Арик выругался. Этот звук вернул ее в реальность. Опасаясь, что он увидит ее с фигуркой в руках, Гвинет поспешно положила ее на мягкую землю и накрыла тряпкой.
Итак, он думал о ней. Обнаженной! И похоже, что часто. Гвинет поднялась со стула, чувствуя, как ее тело покрывает испарина. Арик представлял себе, как она выглядела бы лежа, подогнув под себя одну ногу и положив руку на стройную талию.
В одно мгновение Гвинет почувствовала себя польщенной, но неуверенной. И еще ей вдруг стало страшно находиться рядом с Ариком в безлюдном месте, тем более что им, возможно, придется провести вместе бесконечные дни и недели.
Святые угодники, что же ей делать?
– Ну вот, кажется, я починил стол, – сказал появившийся в дверях Арик.
Гвинет затуманенным взором посмотрела на него. У него были огромные, по его размеру, черные сапоги, доходящие до колена. Серые штаны подчеркивали мощные мышцы его бедер и не скрывали мужское достоинство внушительных размеров.
Господи, неужели он считает, что его плоть сможет поместиться в ее лоне? Гвинет отвела от него взор и уставилась на выцветшую деревянную дверь позади Арика. Внезапно ей пришло в голову, что она не должна находиться с ним наедине. Ведь, несмотря на то, что они стали супругами, Арик оставался для нее незнакомцем.
– Миледи? – позвал он.
Гвинет посмотрела ему в лицо.
– Починил? – рассеянно переспросила она.
– Да, починил стол, у которого отломилась ножка. – Усмехнувшись, он опустил глаза на накрытую тряпкой фигурку и вновь посмотрел на жену: – Интересно, почему это ты так сильно покраснела, Гвинет?
Этого она и сама не понимала, разве что краска разлилась но ее щекам из-за того, что она заметила, как он хорошо сложен. Ну и, возможно, потому еще, что он явно хочет уложить ее с собой в постель.
Но как он мог так точно уловить пропорции ее фигуры? Как у него получилось так хорошо передать сходство с ней? Она ведь не раздевалась перед ним, и Гвинет оставалось лишь предположить, что Арик, изнывающий от желания, вложил в работу всю свою страсть. А ведь, честно говоря, ей уже давно хотелось снять с себя одежду и постирать ее.
Гвинет осторожно встала со стула. Похоже, еще ни один мужчина не хотел ее так сильно, как Арик. Даже