Его благородная невеста

глазами. Было понятно, что он не заснул ни на мгновение. Его широкие плечи как-то поникли, он казался очень усталым. Гвинет охватило беспокойство, когда Арик с трудом поднялся со стула и направился к ней. Резкие черты его лица изменились, уголки рта опустились, взор потух.
– Я должен кое о чем спросить у тебя, – сказал он, усаживаясь на край кровати.
Понятно, что он хочет узнать что-то очень важное, хоть и не сказал жене об этом сразу. Гвинет положила руку ему на запястье.
– Да, дорогой, спрашивай, – ласково промолвила Гвинет.
Кивнув, Арик вздохнул.
– Как ты, должно быть, слышала от Нортумберленда, вот-вот начнется война, – начал он. – Уже несколько недель назад я должен был ответить на вопрос о том, на чью встану сторону. Дело в том… – Арик помолчал. – Так вот, дело в том, что совесть не позволяет мне сражаться на стороне короля Ричарда.
– Но почему?.. – недоуменно спросила Гвинет.
– Не задавай мне вопросы, на которые я не могу тебе ответить, – отрезал Арик.
Лицо его становилось все более мрачным и серьезным, а вскоре и вовсе стало напоминать грубо обточенные серые камни, которые защищали замок Нортуэлл от морских волн. Сердце Гвинет замерло от тревоги и какого-то странного беспокойства.
– В таком случае ты выступишь на стороне Генриха Тюдора? – решилась спросить она. Гвинет пугала даже сама мысль об открытой измене. Что будет с Ариком, если люди Тюдора не одержат победу?
Он умрет изменником!
Страх Гвинет становился все больше, казалось, он превращается в огромный валун, который вот-вот раздавит ее. Ответ Арика еще больше обеспокоил ее.
– Нет, – сказал он. – Я не встану ни на чью сторону.
“Ни на чью?”
– Ты не думаешь, что тебя в любом случае могут обвинить в измене?
– Вне всякого сомнения, – кивнул он.
У Гвинет было такое чувство, будто он ударил ее кулаком в живот. Ей стало казаться, что внутри у нее взорвалось что-то ледяное и ужасное. Ее паника становилась все сильнее.
– Король Ричард убьет тебя, – сказала она.
Арик медленно кивнул:
– Возможно, именно этого я и заслуживаю.
“Заслуживаю?”
– Да что ты такое говоришь? – воскликнула Гвинет. – Ты не можешь так думать! Это не так! Нелепо оставаться в стороне и ждать смерти. Возьми в руки меч, в конце концов! Закрой глаза и выбери чью-то сторону.
Глаза Арика закрылись, от острой душевной боли его широкий лоб прорезали глубокие складки.
– Не могу, – прошептал он. – Именно поэтому я и должен задать тебе вопрос.
Гвинет охватили смятение и тревога. Арика могут объявить изменником и казнят.
– Нет! Я этого не допущу! – вскричала она. – Ты мой муж!
Он ласково потрепал ее по щеке.
– Твоим мужем я и останусь до самой смерти, но ты должна меня выслушать. Я должен думать об интересах Нортуэлла! Я отвечаю за живущих здесь людей, – начал Арик. – Стивен хочет поддерживать короля Ричарда, поэтому я хочу, чтобы он вновь взял на себя управление замком. Стивен поднимет армию, которая выступит против Генриха Тюдора. Так что Нортуэлл, равно как и мой брат, останется верным Короне. Поэтому ни замок, ни его челядь, ни Стивен не пострадают от моей неверности королю.
– Что? Но это же наш дом! Ты не можешь вот так просто все бросить!
– Я должен так поступить, более того, я уже сделал это, – устало промолвил Арик. – А если ты останешься здесь, тебя найдет король Ричард, когда явится в Нортуэлл искать меня. Боюсь, он может посадить тебя в тюрьму или причинить тебе какой-нибудь вред – для того чтобы показать мне, чего он стоит. Но я не могу допустить этого, Гвинет. Потому что за тебя я тоже в ответе.
Гвинет хмурилась все сильнее. Арик говорил абсолютно спокойно, но все равно его слова шокировали ее. Гвинет буквально оцепенела, она чувствовала себя неуверенной, страх начал сковывать ее члены.
– Я тебя не понимаю, – прошептала она.
– Я прошу тебя вернуться вместе со мной в наш лесной домик, – сказал Арик. – Если солдаты короля Ричарда найдут меня и там, я смогу заверить их в том, что ты ни в чем не виновата и что это я заставил тебя уехать туда со мной. Или отправлю тебя назад к дяде. Он непременно примет тебя в доме, ведь теперь ты одна из Невиллов, так что он сможет рассчитывать на какую-нибудь выгоду.
– Уехать из Нортуэлла? Опять забыть о том, что я урожденная леди, и вернуться к грязным полам, к семье, которая была со мною так жестока? – Арик утвердительно кивнул, и Гвинет закричала: – Неужели я ничего для тебя не значу?
Конечно, Арик оказался в очень трудном положении, но должен же быть иной выход! Такой, который позволил бы и ему ничем не рисковать, и уберег бы Гвинет от нищеты, не заставлял бы ее возвращаться к тому, от чего она страдала почти всю свою жизнь. Арик отказывается сказать