Его благородная невеста

друг от друга. У Гилфорда ей будет хорошо, ведь она сможет хозяйничать в замке, наслаждаться своим положением знатной леди. А он после окончания битвы уедет в свою лесную хижину, потому что безжалостная, жестокая политика и бессмысленные смерти не для него. Не станет у него легко на сердце, если он убьет и свою душу.
Вздохнув, Арик посмотрел на небольшую возвышенность, простиравшуюся перед ними. Окутанный туманом зеленый пейзаж оказался ему знаком и был приятен глазу. И все же у него нет желания продолжать это путешествие.
Подумать только, ведь когда-то он женился на Гвинет, чтобы спасти ее жизнь. А теперь именно из-за этого она может умереть. Арик с отвращением покачал головой. Политика, когда-то восхищавшая его, теперь кажется бесчеловечной и бесчестной. А король Ричард стал для него символом всего плохого, что было в Британии, символом полного отсутствия морали.
И для того чтобы сохранить жизнь женщине, которую он не может выбросить из головы, он вынужден биться на стороне того самого режима, который презирает. Поразительно! Но это можно счесть признаком любви.
– Какой-то у тебя озадаченный вид, мой друг, – тихо проговорил Дрейк, скачущий на коне рядом с ним.
Арик постарался придать лицу более приветливое выражение.
– Я просто думаю о грядущем сражении, – промолвил он в ответ.
Дрейк кивнул, но ничего не сказал.
– Считай его развлечением, полезным для души, – улыбнулся Киран.
Развлечением? Ничего себе развлечение – из смерти, крови и битвы! И почему только этот юный глупец не понимает, что его беспечность может привести к его собственной смерти?
Арик подавил вздох – за долгие годы знакомства с Кираном он уже уяснил: бесполезно увещевать его и объяснять, что война – это не развлечение. Не поверит.
Бросив недовольный взгляд на своего ирландского друга, Арик пришпорил коня и поскакал вперед. Он понимал, что Дрейк и Киран сочтут его поведение по меньшей мере странным, но ему было все равно.
Еще никогда в жизни Арику так не хотелось побыть в одиночестве.
Миля за милей оставались позади. Утро за утром переходили в дни и сменялись теплыми сырыми ночами, которые он проводил в беспокойном сне. Арик заставлял себя не думать о Гвинет, но его разум противился этому. И одна мысль ни на мгновение не выходила у него из головы: он любит женщину, которая никогда не захочет жить той простой жизнью, которая так нужна ему.
Троица отважных воинов повстречалась с силами короля Ричарда в Ноттингеме и последовала за ними в Лестер, где был разбит лагерь. Арик разделил палатку с Дрейком и Кираном и молил Бога о чуде, которое каким-нибудь непостижимым образом прекратит эту бессмысленную и глупую войну до того, как дело дойдет до кровавой развязки. Войска Генриха Тюдора прошли к западу от Уэльса и теперь ждали начала боевых действий в считанных милях отсюда.
Той ночью он так и не смог крепко заснуть, а когда все же погружался в тревожную дремоту, ему снился страшный сон, в котором все было погружено в багряное марево, прячущее убитых мальчиков, и слышались их крики о помощи. Арик проснулся, рассвет был жарким и влажным. Ну как он мог оставить молодых принцев, особенно младшего? Как мог недооценить преступных намерений короля?
Больше всего на свете ему не хотелось принимать участие в этой бессмысленной войне, но он должен сделать это – ради Гвинет. Слепая ярость терзала его нутро. Увы, ничего нельзя изменить и неминуемого не избежать. Его момент истины – хотя вообще-то это был момент истины для всей Англии – наступил.
При мысли об этом Арика затошнило. Не находя себе места, он встал и вышел из палатки, оставив Дрейка и Кирана спать, сколько им хочется. Он быстро прошел мимо нескольких рядов палаток. Все люди, спавшие в них, были сторонниками короля Ричарда. Они были готовы ценой своих жизней удержать гнусного убийцу на троне.
Подумав об этом, Арик яростно заскрежетал зубами. Вскоре он оказался возле палатки герцога Норфолка, к которой была прикреплена записка: “Норфолкский мошенник, не слишком ярись, твой хозяин Дикон куплен и продан”.
Арик, нахмурившись, снова и снова перечитывал записку, пытаясь разгадать содержащуюся в ней загадку. Наконец, когда он, кажется, уже в сотый раз проговорил странные слова про себя, ему пришло в голову: король Ричард предан одним из своих сторонников, которого подкупил его враг Генрих Тюдор. Но кто этот человек?
За последние два года многие северные лорды отказывались поддерживать короля. Герцога Бекингема схватили за открытый мятеж и казнили за измену прямо на рынке Солсбери. Его сосед граф Нортумберленд по-прежнему поддерживал Ричарда, но, слышал Арик, и он высказывал недовольство чрезмерно жестоким королем. Преданность