Его лучшая любовница

приняла профессиональную позу лучника — и все затаили дыхание. Казалось, даже птички не решались чирикать. Глубоко вздохнув, она натянула тетиву.
Время резко замедлило свой бег: казалось, секунды текли густой патокой.
В мгновение ока она отпустила тетиву и стрела полетела к соломенному снопу с круглой мишенью, которая с этого расстояния казалась совсем маленькой. Стрела ударила в сноп со звучным хлопком, однако никто не мог определить, попала ли она точно в яблочко. Один из лакеев поспешно направился выяснить это — и спустя секунду замахал руками и закричал, подтверждая, что стрела на самом деле оказалась точно в центре мишени.
Все разразились громкими криками, а дамы бросились обнимать Габриэлу. Она высвободилась из их объятий, смеясь и сияя радостно-изумленной улыбкой. В свою очередь, джентльмены по очереди приложились к ее ручке, а Рейф потрепал по плечу, гордо улыбаясь.
— Клянусь Юпитером, мисс Сент-Джордж, — заявил Гарри, — вы просто Вильгельм Телль! Если бы у нас было яблоко, вы могли бы выстрелом сбить его у кого-нибудь с головы.
Габриэла рассмеялась.
— С радостью, лорд Аллертон, если один из вас вызовется его держать. — С широкой улыбкой на ярких губах она обернулась — и поймала на себе взгляд Тони. — Может, вы, ваша светлость?
Это предложение вызвало новый взрыв смеха. Тони добродушно улыбнулся.
— Признаю, что ваше умение весьма впечатляет. Однако боюсь, что от такого пари мне придется отказаться.
— А что, если я скажу, что именно это должно стать моим призом? — спросила она.
Он на секунду задумался, ища ответ на столь неожиданный поворот разговора.
— Если это так, — неспешно промолвил он, — то я попрошу разрешения удалиться, чтобы поискать очень крупное яблоко.
Все снова весело засмеялись.
От радостного возбуждения глаза Габриэлы мерцали словно звезды, а голос понизился до интимного шепота:
— Не беспокойтесь, Уайверн, я пока сохраню мой приз. Никогда нельзя угадать, в какой момент такая возможность окажется полезной.
— Совершенно верно, — ответил он. — Я буду ждать того дня, когда вы решите его потребовать.
В следующую секунду их разговор прервал подошедший ближе лорд Невилл.
— Какая вы кудесница, мисс Сент-Джордж! Просто поразительно. Я понимаю, что дамы редко имеют дело с огнестрельным оружием, но не было ли у вас возможности когда-нибудь стрелять из пистолета?
Тони заметил, как она бросила быстрый взгляд на него и Рейфа, и только потом повернулась к лорду Невиллу.
— По правде говоря, была, милорд. Стрелять меня учил сам великий Монкриф.
— Боже правый! Вы поистине настоящее чудо! А ваше владение огнестрельным оружием сравнимо с вашей меткой стрельбой из лука?
— Я стреляю, кажется, неплохо.
— Просто отлично! Послушайте! Вам с Уайверном надо устроить состязание. Интересно было бы посмотреть. Что скажете, ваша светлость?
Тони не успел ничего ответить — в разговор вмешалась Джулианна:
— Думаю, его светлости и Габриэле придется перенести это состязание на какой-нибудь другой день. Мне только что сказали, что ленч готов, и если мы опоздаем, кухарка будет очень недовольна.
Поняв намек, Невилл быстро поклонился.
— Конечно, леди Пендрагон. Нельзя обижать прислугу, а в особенности повариху. Надеюсь, что мисс Сент-Джордж еще откроет нам свои новые таланты.
Все общество направилось к дому. Лили взяла Габриэлу под руку и начала расспрашивать относительно техники стрельбы из лука. Тони следовал за ними, отстав на несколько шагов, — так, чтобы не слышать их разговор.
Рейф догнал его и пошел рядом.
— Кажется, я обязан тебе в гораздо большей степени.
Тони вопросительно выгнул бровь:
— В связи с чем?
— За то, что ты той ночью в Лондоне разоружил мою племянницу. Девушка стреляет как предводительница амазонок! Меня в дрожь бросает при мысли о том, на что она способна, имея в руках пистолет.
Уайверн негромко засмеялся.
— Ты ведь сам сказал, что она не стала бы доводить дело до конца.
— Она, конечно, добрая девушка. Тем не менее, я рад, что все произошло именно так. У меня такое чувство, будто Габриэла способна выстрелом выбить пробку из бутылки, не повредив стекла.
— Вот на такой фокус я посмотрел бы.
Рейф приостановился, заложив руки за спину.
— Может, мне не следовало бы об этом говорить, но трудно было не заметить, как она на тебя смотрела.
— Да? — отозвался Тони, стараясь, чтобы его голос оставался ровным. — И как же?
— С зарождающимся обожанием. Будь осторожен, мой друг. Мне не хотелось бы, чтобы ей было больно.
— Не тревожься. Она слишком юная