Его Высочество Ректор

обдумала, я отправила сообщение. Если ответит — может быть, и будет толк.
Но он не ответил. Мы успели доехать до Нотинхил Гейтс; пересев на метро, проехали три остановки по линии Пикадилли, вышли на воздух, прошли квартал пешком… А ректор все не отвечал.
Наконец, мы остановившись перед указанным адресом — ателье распологалось на первом этаже живописного многокватирного здания с зеленым двориком. Я окинула взглядом модную, в черно-оранжевых тонах вывеску: «Фотостудия «Маренга»». В груди всколыхнулось волнение. Нет, не от того, что я сейчас в реале познакомлюсь с красавчиком-фотографом, от которого тащился весь наш женский коллектив, а от осознания, что придется играть роль его девушки, когда в голове… совсем другое. Ведь надо же убедить Ксюху, что, несмотря на ректора, у меня есть официальный бойфренд. Плохо, что актриса из меня всегда была так себе.
— Привет, девчонки! — раздалось из гостеприимно распахнувшейся стеклянной двери.
В полутьме предбанника, ведущего в главное помещение, стоял он — Майлс О’Райли. Не узнать его было трудно, уж очень внешность колоритная. Одет он был в рваные белые джинсы и серую майку с надписью «Сделай меня!».
— По ходу, у кого-то нимфомания в прогрессирующей стадии… — проворчала Ксения. Лицо у нее было цвета молочной розы, с легким налетом фиалкового оттенка на скулах. На Майлса она смотрела скользящим взглядом, явно смущаясь.
— Привет, милый! — немного переигрывая, вскричала я, кидаясь ему на шею.
Ох, как же крепко он меня обнял в ответ! Чувствовалось, что я ему понравилась с первого взгляда.
И тут же, без спроса, впился губами в мои, щекоча меня козлиной бородкой.
— Отстань! — зашипела я, чуть не заехав ему коленом в пах. Но Майлс держал меня крепко, даже слегка наклонил вбок — для картинности, надо полагать. Углубив поцелуй, отчего меня чуть ни стошнило — уж очень углубил! — он помучил меня еще пару секунд и, наконец, отпустил мой истерзанный рот.
— Ох! — сказала Ксюха, и в этом коротком слове выражалась вся суть данного момента.
— Проходите же, девочки, проходите! — слегка осипшим голосом пригласил нас мой озабоченный бойфренд, и, пропуская мимо себя, успел пару раз прижаться к моему бедру ширинкой. С легким изумлением я поняла, что у него уже порядочный стояк. Вот ведь Самойлова умудрилась найти мне хахаля! Надо было как-то поскромнее одеться, а то в этих шортиках он от меня точно не отстанет.
Внутри фотостудии, где, по всей видимости, Майлс и жил, было прохладно и играла тихая, восточная музыка. Сразу со входа бросалась в глаза ультра-современная кухня открытой планировки и виден был второй этаж-лофт со здоровенной, низкой кроватью.
— Кто там пришел? — опираясь о стеклянную перегородку, свесилась с лофта красивая, смуглая девушка. На груди она придерживала простыню, которая, судя по всему, являлась в данный момент ее единственной одеждой.
— Моя русская подружка, — демонстрируя меня, Майлс обнял меня за плечи. — И ее подружка. Как тебя зовут, сладкая?
У Ксении был такой вид, будто она сейчас упадет в обморок. Признаться, я и сама потеряла дар речи. И этому Казанове Самойлова отстегнула пятьдесят штук за то, чтобы убедительно играл моего парня?
Расплывшись в голливудской улыбке и подобрав простыню, девушка заспешила вниз по лестнице.
— Рита, — представилась она, протягивая руку.
— Э-э-э… — промямлила я, беспомощно оглядываясь на Майлса.
— Рита — моя модель, — объяснил он.
Ах вот оно что! Я подала девушке руку, все еще не зная, что сказать и как себя вести.

— Она у него в постели фотографировалась? — по-русски пробормотала Ксюха.
Я поняла, что ничего не остается, кроме как разыграть сцену, и уже раскрыла было рот…
— О, вы не так поняли! Понимаете, единственный туалет у меня наверху, там же, где и спальня — спохватился Майлс, предотвратив извержение вулкана.
— А-а… Понятно. Ну что ж, приятно познакомиться! Меня зовут Анжелика, — с готовностью закивала я, пожимая руку смуглой красавице. Ксюха воззрилась на меня с нескрываемым изумлением — неужели я поверила в эту фигню?!
— Рита позирует мне для новой коллекции белья от Оливии фон Халл. Покажи им, детка.
Хитро улыбнувшись, девушка немедленно скинула простыню — мы даже ахнуть не успели.
Боже правый! Теперь понятно было, почему Майлс все время возбужденный ходит.
Контрастируя с медовым цветом кожи, девственно-белое и очень откровенное белье только что не светилось — сквозь полупрозрачный лифчик без всяких подушечек просвечивали крупные, чувственные соски. Простые, тонкие подвязки свободно болтались по стройным ножкам, крошечные трусики оставляли очень