Устроить вечеринку с рейвом в общежитии старинного английского колледжа? Легко! Рвануть в Лондон на попутке и вернуться назавтра ко второй паре? В этом — вся я. Еще бы «уйти» ненавистного ректора по дисциплине… вообще не жизнь была бы, а сказка. А то цепляется, гад, проходу не дает. И тут… Компромат! На ректора! Да такой, что завтра «уйдут»! Плохо только, что сама ночами спать перестала — все про комппромат этот думаю, места себе не нахожу. А как усну, снится ТАКОЕ, что в глаза людям смотреть стыдно. ХЭ! ОДНОТОМНИК! С бонусным рассказом.
Авторы: фон Беренготт Лючия
равно пересилил, и у нас ничего не получилось. Обидевшись, Лелик пропал из моей жизни навсегда.
Зачем я написала Кронвилю, что не люблю ваниль, я понятия не имела. Потому что я ее как раз очень даже люблю. И то, что мне приснилось, как я сижу, прикованная к изголовью кровати цепью, а он в это время тискает мой первый размер, здесь совершенно не причем. Фантазии фантазиями, а в жизни как-то не хотелось оказаться привязанной к кровати, в полном распоряжении какого-то похотливого дядьки.
Тренькнул телефон.
«У меня есть идеальный ответ на ваше заявление, мисс Красновская, но, к сожалению, я вам его уже послал. Больше цыплячьих видео у меня нет.»
Вот ведь, гад! У меня пропал дар речи от такой самоуверенной наглости. Да кем он себя возомнил?! Не веря своим глазам, я пялилась в телефон, вливая в себя все больше и больше янтарной жидкости, пока буквы не начали прыгать и двоиться у меня в глазах.
И как мне на такое отвечать?
— Детка, а теперь повернись попой, поставь одно колено на подлокотник и облокотись о спинку кресла… — инструктировал Майлс, собравшись, наконец, и вспомнив про свой профессионализм.
И тут я поняла — как мне ответить.
— Милый… — подкравшись к Майлсу сзади, я обняла его за талию. — Не хочешь меня пофотографировать? У нас так здорово получилось в прошлый раз, помнишь…
Майлс с готовность обернулся, обхватил меня за плечи и чуть было снова не впился в меня поцелуем. Как вдруг нахмурился, будто только сейчас сообразил, о чем его попросили.
— Ты с ума сошла… — прошептал он мне прямо в ухо, делая вид, что целует. — Час моей работы стоит 700 евро. И мне надо закончить сегодня эту сессию. Какое «пофотографировать»?
— А сколько стоит час работы моим бойфрендом? — прошипела я в ответ. — Моя подруга тебя уже подозревает… Если сейчас откажешься, будет совсем плохо. Ты вообще должен сам просить меня попозировать, без всяких денег. Ты — мой парень, или нет, в конце концов?!
Пожевав губами, Майлс неохотно согласился.
— Тебе станет интереснее, когда узнаешь, в чем я хочу фотографироваться… — проворковала я, пощекотала его под бороденкой и вслух спросила. — Где тут у тебя шмотки для фотосессий?
Неожиданно оживилась Рита и вскочила с кресла.
— Давайте-давайте! Я хоть перерыв возьму…
Кинув вожделенный взгляд на уже опробованную мной бутылку, она подобрала с пола простыню, закуталась и прямо в ней вышла на улицу покурить.
— Шмотки — вон за той ширмой… — Майлс растерянно махнул рукой в угол гостиной-ателье, противоположный входу. — И косметика, если хочешь. Только быстро…
Я решительно зашагала в указанном направлении. Если там есть что-нибудь хоть бы отдаленно напоминающее то, что надето на этой фифе, господину ректору придется непросто. Возможно, необходимо будет отменить на сегодня все лекции. По состоянию… кхм… здоровья.
— Ты слишком отворачиваешься, не видно глаз… И макияж потек на щеку… Вон там… Давай сниму…
У Майлса был такой вид, будто ему хотелось мне этот макияж не снять, а слизать. Накрасилась я сама, и, действительно, довольно быстро. Частично благодаря тому, что для моего амплуа косметика должна была быть простой и немного грубоватой-пошловатой. Как у той самой неумехи-девчонки, коей меня и считал господин ректор. У меня сложилось впечатление, что он слегка… фиксирован на имидже выпендривающейся девчонки-неумехи.
Что ж, дадим ему того, что он хочет.
Очень кстати всплыла в памяти картинка из журнала, который я лет пять назад случайно обнаружила в папиной прикроватной тумбочке, когда приехала навестить его на выходные — в его общей с новой женой квартире!
На этой весьма примечательной картинке развязная, будто бы только что вкусившая взрослой жизни девчонка-старшеклассница сидела на полу у кровати, накручивая на палец грубую, дешевую бижутерию, сунув вторую руку себе в трусики. Она строила из себя опытную женщину — «по-взрослому» прищурив глаза и сексуально закусив губу.
Маленько видоизменив антураж и позу, я решила воспроизвести эту самую старшеклассницу.
Черный ободок лайнера хорошо оттенял цвет моих глаз, легкая размазанность придавала лицу выражение недавней «оттраханости». На веки я чуть добавила серо-стальных теней и покрыла лицо легким, прозрачным мейкапом с голливудским лоском. Ресницы клеить не стала, а вместо этого сосредоточилась на одежде. Вернее, на том, что ее заменяло…
— У тебя виден сосок, — ровным голосом сообщила мне Ксюха, и я движением плеча поправила бижутерию, чтобы камни закрывали третье самое стратегическое место на моем теле. Первое и второе чисто символически прикрывали черный треугольник
