Его Высочество Ректор

мне показалось?
Поднявшись на второй этаж, мы вошли, наконец, в прибежище той, кто ведет себя, как типичная английская недотрога, а по ночам бегает на жаркие свиданки в кусты магнолии.

Расселись кругом, заняв практически весь периметр маленькой студии. Ксения с Мариной — на стоящей у стены односпальной кровати, Света — села на стул, Алисия в черное, крутящееся кресло напротив компьютера. Взяв еще один стул, я уселась у окна — во-первых, на всякий случай, если вдруг станет жарко от навеянных Алисией воспоминаний, а во-вторых — потому что сразу же углядела, что в окно хорошо просматриваются окна флигеля доктора Кронвиля, особенно то, где шевельнулась занавеска.
— So girls, how went your day? — дружелюбно спросила Алисия, сложив ручки на коленях, будто монахиня. — Did you do anything interesting in the afternoon? [1]
You bet.[2] Я усмехнулась.
Света тут же пустилась в длинное описание своего сегодняшнего общения по скайпу с родителями. Потом в разговор вступила Марина, рассказав о том, как замечательно она сегодня позагорала на крыше общаги.
Ксюха кидала на меня смущенные взгляды, не зная, можно ли рассказывать о нашей с ней поездке в Лондон. К счастью, ни до нее, ни до меня дело не дошло — отвлекшись, Алисия принялась чертить на маленькой доске схему правильного использования времен глагола «to get» в разных прошедших временах.
А я, воспользовавшись тем, что на меня не смотрят, принялась разглядывать ее с головы до ног.
Маленькая талия, широкие бедра, большая грудь. Классические 90-60-90. Светлые, забранные в клубок, густые волосы, бледно-голубые глаза, на щеках — ямочки и здоровый румянец. При всей традиционной женственной привлекательности, ей все же чего-то не хватало… Чего? — думала я, изучая ее одежду — широкая юбка, аккуратная белая кофточка с плиссировкой на плечах. Ноги обуты в светлые балетки с крупной эмблемой «Майкл Корс». Она была практически идеальна, эта Алисия — все в ней было ладно, все правильно, все продуманно…
И тут я поняла. Вот именно! Неправильности! Как это ни странно звучало, ей не хватало какой-нибудь неправильности. Какого-нибудь изъяна, какой-нибудь допущенной в одежде оплошности. Она была слишком хороша, слишком безукоризненна. Почему-то я была уверена, что на всем теле у нее не найти ни одной, даже самой маленькой татуировочки. Да что там татуировки, у нее и родинок-то не было…
Значит, вот оно что. Господину ректору надоела хорошая девочка, и захотелось поиграть с плохой?
Будто подтверждая мою догадку, в известном мне флигеле вдруг зажегся свет. Чудом удержавшись, чтобы не посмотреть в открытую, я слегка повернула голову и скосила глаза. Во-о-он он — высокая фигура хорошо видна в просвете между шторами. Подходит к чему-то вроде высокого стола у стены. Барная стойка, стало понятно через секунду. Наливает себе выпить. Потом идет к холодильнику, достает что-то из морозилки… Я присмотрелась. Лед. И будто услышала звон кубиков…
— Анжелик, ты с нами?
Я дернулась и кивнула. Алисия вопросительно смотрела на меня.
— Я спрашивала, что ты думаешь по поводу Brexit?
— Я? А… Ну, я это… одобряю… — пробормотала я. На самом деле мне было глубоко наплевать. Особенно, в этот момент.
Алисия подняла идеально выщипанные бровки.
— Да ты что! Это же экономическая и политическая катастрофа!
И она пустилась в долгие разъяснения, периодически показывая что-то на экране компьютера и зачитывая мнения экспертов.
А я потихоньку скосила глаза обратно в окно. И чуть ни откусила себе кончик языка, потому что более удачного момента скосить глаза было нельзя. Поставив стакан на журнальный столик перед креслом, господин Кронвиль медленно снимал пиджак.
Я вцепилась рукой в подоконник, чтобы не упасть.
Повесив пиджак на спинку стула, он потянулся к галстуку и расслабил его. Поднял воротничок, стянул галстук через голову и небрежно бросил вслед за пиджаком.
Я издала еле слышный стон.
Не может быть, чтобы он не знал, что его могут увидеть сквозь неплотно занавешенное окно освещенной комнаты. Зачем он это делает? И главное, для кого?
Он ведь слышал меня, когда мы проходили мимо его домика! — внезапно вспомнила я. Черт! Не может быть, этого просто не может быть…

Но ведь он слышал! Я точно видела, как шевельнулась штора! Он знает, куда мы шли, и, без сомнения, не может не знать, что его комнату видно из окна Алисии… В голове была полная каша.
Господин ректор тем временем расстегнул две верхние пуговицы рубашки, взял со столика стакан и подошел к окну. Поднял руку и облокотился ею о раму.
— Анжелик! Ты меня совершенно не слушаешь! —