Устроить вечеринку с рейвом в общежитии старинного английского колледжа? Легко! Рвануть в Лондон на попутке и вернуться назавтра ко второй паре? В этом — вся я. Еще бы «уйти» ненавистного ректора по дисциплине… вообще не жизнь была бы, а сказка. А то цепляется, гад, проходу не дает. И тут… Компромат! На ректора! Да такой, что завтра «уйдут»! Плохо только, что сама ночами спать перестала — все про комппромат этот думаю, места себе не нахожу. А как усну, снится ТАКОЕ, что в глаза людям смотреть стыдно. ХЭ! ОДНОТОМНИК! С бонусным рассказом.
Авторы: фон Беренготт Лючия
меня, не дав мозгам по-настоящему заинтересоваться этим вопросом…
Проснулась я уже в городе, причем от сильной встряски — водитель наехал на скоростной «бамп».
— Куда едем, мисс? — повторил он вопрос, заданный более чем… я глянула на часы… пятьдесят минут назад. Все, теперь точно нет никакого шанса, что я успею вернуться к назначенному господином ректором времени. Ну и прекрасно! Не дам себе ни одного шанса передумать.
Действие таблетки прошло, и на душе опять было больно и гадко. Эх жаль, забыла свой замечательный «Перкосет» на тумбочке. Придется чем-нибудь его заменить — чем-нибудь сильным. Иначе вместо планируемого веселья, я проведу ночь, воя в подушку в гостиничном номере.
— 86 Уайлд Роуз Стрит, — ответила я, и таксист кивнул, набирая номер на GPS. Резко вырулил на ближайшем повороте и повел машину по тихой улице, «срезая» по методу, известному лишь водителям такси.
В сумке зазвонил телефон, и я вытащила его на свет. Оказалось, что достучаться до меня пытались уже двое — один раз Ксюха, и два раза Ник… то есть доктор Кронвиль. Сейчас звонил тоже он — уже в третий раз.
Не ответив, я сунула телефон обратно в рюкзак. Быть может, я рано начала горевать? В любом случае, это приятно — даже если он волнуется как профессор, а не как любовник.
И я сделала то, что делала уже много раз, когда хотела на время выключить кого-нибудь из своей жизни — заблокировала его номер. Потому что еще пару таких звонков, и я не выдержу и отвечу, а это будет неправильно в любом случае — если он вдруг захотел вернуться ко мне, пусть понервничает и пострадает. А если беспокоится просто так, по-профессорски — то не о чем нам с ним и разговаривать, подавать себе зряшные надежды.
И все же, как я ни пыталась сдержать дурацкую улыбку, непроизвольно растянувшую мне губы, приходилось признать — его звонки (во множественном числе!) подняли мне настроение и свернули готовую проглотить меня депрессию в маленький аккуратный комочек где-то на задворках сознания.
— Приехали, мисс, — объявил таксист, остановившись перед небольшим магазинчиком с вывеской «Глобал Мастер — Починка Электроники/Подержанные Ноутбуки».
К моему удивлению, он вышел из машины и открыл мне дверь, будто я какая-нибудь принцесса. Вот это муштровка! Или на жирные чаевые нарывается, зная, какой контингент учится у нас в колледже? Только со мной это не прокатит, у меня сотни две с собой всего, да еще пара карточек.
Расплатившись и сунув галантному ирландцу лишнюю двадцатку, я зашла в магазин. Как и в прошлый раз, за прилавком стоял продавец, а за дальним столом у стены, в окружении материнских плат и пустых остовов компьютеров — сидел мастер, копаясь в какой-то непонятной детали. Оба смуглые, темноволосые — явно не коренные англосаксы. Но только-только в моей душе подняла голову надежда на знаменитую левантийскую медлительность… как тут же с грохотом, вдребезги и разбилась.
— Что вы, мисс! Еще вчера и отослали! Прямо в Москву, наложенным платежом, — с готовностью проинформировал меня тот, что у прилавка. «Джамиль» — прочитала я на табличке у него на груди.
Да уж, правильно говорят — не будь расистом и не суди людей по «обложке». Смуглокожий Джамиль оказался пунктуальнее любого англичанина и тут же, сразу же после нашего разговора, сходил в почтовое отделение и отослал мой компромат по назначению.
Я присела на стул у прилавка — нога устала — и порязмышляла над своими печальными делами. Возвращаться в колледж не хотелось. А учитывая, что меня ждет истерика господина ректора (вне зависимости от того, бросил он меня или пока еще нет), тем более.
И тут я вспомнила, как собиралась решить проблему, в случае если окажется, что компромат мой уже уехал.
— У вас есть в продаже телефон похожей модели на ту, что был у меня?
Вряд ли господин ректор рассмотрел модель телефона на своей видеокамере, — но все же.
— На продажу? — удивился Джамиль. — Конечно, нет! Это модель прошлого года, ее уже не продают. Да мы почти и не торгуем новыми телефонами…
Только тут я поняла, что именно с ним разговаривала вчера из Убежища по громкоговорителю. Приветливый, покладистый, насмешливый молодой человек, почти мой ровесник. Что ж, такие обычно довольно легко подкупаются.
— Джамиль… — тихо проворковала я и поправила волосы. Тот насторожился и инстинктивно обернулся на напарника. — Мне очень-очень нужен такой же телефон… — как можно незаметнее я открыла кошелек, вытащила две банкноты по пятьдесят евро и прижала их ладонью к столу. — Или похожий…
Джамиль поднял брови, наблюдая за продвижением моей руки по направлению к его.
