Его Высочество Ректор

И что Самойлова может отомстить. А она может. Ох, как может. Потому что я не буду больше встречаться с Майлсом. Вообще. И если эта стерва захочет от меня большего, чем изначально договаривались, ее ждет сильное разочарование.
— Анжи… Я дышать не могу…
Отпустив его шею, я выпрямилась, состроила строгое выражение лица, опустила глаза и голосом английского дворецкого объявила.
— Я принимаю ваше предложение, милорд.
Он хмыкнул и скривил губы в легкой усмешке.
— А я уж испугался, что вы ответите мне гордым отказом, миледи…
И на корню убил мое ироничное туше, заткнув мне рот поцелуем.

— Ну, как? — Ксения вертелась перед зеркалом так долго, что у меня буквально начала кружится голова.
— Шикарно! — похвалила я.
Платье у нее действительно было роскошным. Красное, с низким лифом, спереди короткое, сзади в пол. От Бурбери, ни много ни мало.
Мое платье было не таким вызывающим — цвета пыльной розы, чуть повыше колена, с косым вырезом на груди. После сделанного мне предложения хотелось выглядеть красиво, но скромно. Тем более, что Ник будет невольным свидетелем моего с Майлсом представления на балу — конечно же, я рассказала ему про Самойлову, про наш уговор и про ее угрозу раскрыть наши отношения.
Взбесился он, конечно, не на шутку. На мгновение даже подумала — пощечину залепит, как и собирался, поймав меня пьяную после Хеллоуинских гулянок. Но нет, сдержался, хоть и ударил кулаком в стену. После остыл и, кусая сбитые костяшки, объявил мне, что на подобный спектакль он согласен, только если я буду держаться от «этого говнюка» на расстоянии вытянутой руки.
Так что, хошь не хошь, придется соответствовать…
— Если будешь так вертеться, у тебя прическа растреплется, — сердито предупредила я Ксюху, когда она в очередной раз закружилась перед зеркалом, как юла.
И это, похоже, подействовало.
Заправив выпроставшуюся прядь, подруга довольно вздохнула.
— Только в этот салон теперь и будем ходить… а не к той ужасной миссис Ву. Так голова потом болела после ее процедур — я тебе передать не могу…
Я хмыкнула. После моего несостоявшегося покушения девчонки действительно ничего не помнили — ни как вдруг уснули, ни как упали, ни как их всех усадили на диван. Запаниковали, конечно, очнувшись с одинаково сильной головной болью и обнаружив, что я пропала. Но, скоро успокоились, получив от меня смс, в котором я докладывала, что мой бойфренд приехал в наш пригород мириться, и я срочно отбыла на встречу с ним в ресторан Белая Астра. А по-английски пишу, чтобы этого самого бойфренда не пугать русскими кракозяблами.
Ксюха аккуратно присела рядом со мной за маленький круглый столик у окна, и хлебнула из своей чашки остывшего кофе.
— Сколько там времени? — спросила она с надеждой.
— Пять минут прошло с последнего раза, когда ты спрашивала.
Ксения вздохнула.
— Я уж прям не могу. Скорее бы.
Бал начинался в восемь вечера, а сейчас было только пять. Учитывая то, что ужин вот-вот принесут нам прямо в номер — отель Грин Лаунч был совмещен с рестораном — а ехать до колледжа всего час, все равно оставался лишние часа полтора, в течение которого мне придется выслушивать Ксюхино нытье.
Конечно, ей не терпится — она ведь своего настоящего бойфренда пригласила, а не поддельного. Ну как, настоящего… Папа с мамой назначили — сынок друзей семьи, проживающих тут же, в одном из богатых Лондонских пригородов.
А мой мужчина… увы. Нет, Ник тоже был неподалеку — «читал» газету в кафе напротив, наблюдая за окружающими. Меньше всего, в свете последних событий, ему хотелось отпускать меня одну в город. Потому что поверить-то ему, конечно, поверили (тем более что Батлер, так неожиданно перешедший на нашу сторону, некие таинственные «доказательства» моей беременности все же предъявил) — однако, осторожность еще никому не мешала.
А дальше дело было за нами. Точнее, за Ником. Впрочем, не важно за кем. Важно, что секса у меня теперь было… воз и маленькая тележка.
Где меня только не залавливали за эту последнюю неделю — и в ректорском кабинете, и в пустынной по вечернему времени аудитории, и в том же ночном парке — к счастью, не в кустах, как какую-нибудь Алисию, а возле сонного ночного пруда, эротично накормив фруктами. Это я уже не говорю про стандартные места для занятий любовью, такие, как кровать или кресло во флигеле.
В общем, я, конечно, сожалела, что не могу пойти на бал со своим любимым, но все происходящее серьезно согревало мне сердце. Интересно, а вдруг у меня в животе уже кто-то копошится?..
— Рум-сервис! — глухо