Эхо-парк

может подождать. Босх набрал номер узла связи и попросил диспетчера соединить его с временной опергруппой по поимке Рейнарда Уэйтса. Трубку взял офицер, назвавшийся Фриманом.
— Говорит детектив Гарри Босх. У меня…
— Гарри! Пушка! — раздался пронзительный крик.
Кричала Рейчел. Время замедлило ход. Босх метнул взгляд и увидел ее, в раскрытых дверях фургона, с глазами, устремленными куда-то ему за плечо, в глубь гаража. Не раздумывая, он прыгнул вперед, на Рейчел, обхватывая всем телом и с сокрушительной силой опрокидывая на пол фургона. Четыре выстрела прогремели у него за спиной, за которыми мгновенно последовали удары пуль о металл и стекло. Босх откатился от Рейчел и вскочил с пистолетом в руке. Краем глаза он ухватил фигуру, нырнувшую в заднюю, складскую комнату, и выпустил в тот дверной проем шесть пуль — продольным огнем, стараясь забирать правее.
— Рейчел, ты как?
— Нормально. А ты? Он в тебя попал?
— Нет.
— Это был он! Уэйтс!
Они ждали, наблюдая за дверью в глубине помещения. Никто оттуда не вышел.
— Ты в него попал? — прошептала Рейчел.
— Вряд ли.
— Я думала, мы проверили ту комнату.
— Я тоже так думал.
Босх поднялся, держа под прицелом коварный дверной проем в дальнем конце. Он заметил, что падавший оттуда свет погас.
— Я выронил свой телефон. Позвони ты. — Босх начал двигаться к двери. — Вызови подкрепление! И не забудь сказать им, что я там.
Он приблизился к двери под таким углом, который давал ему самый широкий обзор. Но без верхнего света комната была погружена в полумрак, полный разнообразных теней, и Босх не мог разглядеть в ней движения. Он начал подбираться маленькими шажками, делая шаг сначала правой ногой, чтобы постоянно сохранять удобную для стрельбы позицию. Позади он слышал, как Рейчел по телефону называет себя и просит переключить ее на диспетчера полицейского управления Лос-Анджелеса.
Босх добрался до порога и резко повел пистолетом в другую сторону от туловища, чтобы охватить ту часть комнаты, которая раньше не находилась под прицелом.
Он бросил взгляд на вентилятор. Электроприбор был обращен к висевшему на задней стене полотнищу. Вентилятор использовался не для того, чтобы выгонять затхлый воздух наружу, а чтобы вдувать свежий воздух внутрь.
Босх сделал два шага в направлении растянутого на стене флага. Протянул руку, схватил за край и резко сорвал вниз.
В стене, в трех футах над землей, зияла дыра, вход в подземный туннель. Около дюжины бетонных блоков было вынуто для создания бреши размером четыре на четыре фута и возможности прорыть ход в глубь холма.
Босх присел на корточки с правой стороны от отверстия и заглянул внутрь. Туннель глубокий и темный, но впереди проблескивал слабый свет. Гарри понял: там коридор поворачивает, и источник света находится за этим поворотом.
Он прильнул ближе и прислушался. Из глубины туннеля слышались какие-то звуки. Что-то негромкое, скулящее, подвывающее. Звуки страшные, наводящие жуть, но вместе с тем и обнадеживающие. Они означали, что какие бы ужасы ни претерпела за эту ночь похищенная Уэйтсом женщина, она все еще жива.
Босх потянулся к верстаку, выбрал самый крупный электрический фонарь и включил его. Фонарь не работал. Он попробовал другой — и извлек из него слабый луч света. Что ж, сойдет за неимением лучшего.
Босх направил луч в туннель и подтвердил свою догадку, что первая часть пути свободна. Он сделал шаг вперед.
— Гарри, постой!
Он обернулся. В дверях стояла Рейчел.
— Подкрепление уже в пути! — взволнованно прошептала она.
Босх покачал головой:
— Она там. Она жива.
Он опять повернулся к туннелю и снова высветил путь фонариком. Проход по-прежнему был свободен до самого поворота. Он выключил фонарик, чтобы поберечь батарейку. Еще раз бросил быстрый взгляд на Рейчел и шагнул в темноту.

Несколько секунд Босх постоял в устье туннеля, чтобы глаза привыкли к темноте. Потом тронулся в путь. Ему не пришлось ползти. Туннель был достаточно просторный для того, чтобы продвигаться по нему, всего лишь согнувшись. С фонарем в правой руке и пистолетом в левой, Босх шел, не отрывая взгляда от тусклого мерцания впереди. По мере его продвижения доносившийся издали женский плач делался громче.
Когда он миновал десять футов туннеля, гнилостный запах, учуянный им еще снаружи, превратился в настоящее зловоние. Но каким бы тошнотворным он ни был, Босху было не привыкать. Почти сорок лет назад он был так называемой туннельной крысой в составе армии США, принимал участие более чем в ста боевых операциях в партизанских туннелях Вьетнама. Враги порой хоронили своих погибших в глиняных