Эхо-парк

у вас, Босх? — спросил прокурор.
— Я ему не верю.
— Почему?
— У него на все готов ответ. Мы неделю занимались таксомоторными фирмами, проверяли их записи по всем взятым и высаженным пассажирам. Проверили каждый таксопарк в городе. Мы знали, что если этот тип перегнал машину девушки в «Хай-Тауэр», тогда ему понадобилось, чтобы кто-нибудь подбросил его к собственному автомобилю. И одним из пунктов нашей проверки были конюшни. Никто не подбирал и не высаживал там пассажира ни днем, ни вечером.
— Тут не может быть стопроцентной уверенности, Босх, и вы это сами знаете, — произнес Оливас. — Таксист мог подвезти его как левого пассажира, не фиксируя в отчетности. Они часто так поступают. Существуют также водители без официальной лицензии, околачиваются у ресторанов.
— Я все равно не покупаюсь на эту трепотню. Он знает ответы и отвечает без запинки на все вопросы. Лопата случайно оказалась прислоненной к сараю… Как он собирался закапывать тело, если бы не подвернулась эта лопата?
О’Ши развел руками.
— Существует единственный способ проверить, — проговорил он. — Мы вывозим его на местность — вот вам и момент истины. Если он приведет нас к трупу девушки, тогда мелкие детали, которые вас беспокоят, не будут иметь значения. А если не будет тела, не будет и сделки.
— Когда мы отправляемся? — спросил Босх.
— Сегодня я повидаюсь с судьей, чтобы получить ордер. Отправимся завтра утром, если хотите.
— Подождите минуту, — сказал Оливас. — А как насчет остальных семи? Нам еще много о чем надо расспросить этого ублюдка.
О’Ши поднял руку.
— Пусть дело Жесто станет пробным камнем. Либо он покажет товар лицом, либо конец сделке. В зависимости от этого и будем действовать дальше. — Прокурор повернулся и внимательно посмотрел на Босха: — Вы к этому готовы?
— Я готов уже тринадцать лет.

В тот вечер Рейчел Уоллинг купила в ресторане обед и принесла с собой, предварительно узнав по телефону, дома ли Босх. Гарри включил музыку, а Рейчел принесла из кухни еду и разложила по тарелкам на обеденном столе. Это было тушеное мясо с кукурузным пюре. Она купила также бутылку мерло, и Босху понадобилось пять минут, чтобы разыскать в кухонных ящиках штопор. О деле они не разговаривали до тех пор, пока не сели за стол друг против друга.
— Ну так как? — поинтересовалась Рейчел. — Как все прошло?
Босх пожал плечами:
— В общем, неплохо. Твои выводы оказались очень полезны. Завтра — следственный эксперимент, выезд на место, надеюсь, наступит момент истины.
— Куда вы направляетесь?
— В Бичвуд-Каньон. Мы съездили туда сегодня после допроса и осмотрелись. Я ничего не сумел углядеть. Лес там, в горах, густой, но Уэйтс уверяет, будто покажет нам место.
— Ты веришь, что он — тот самый человек?
— Видимо, да. Он убедил всех остальных, да в придачу еще — тот давний телефонный звонок, в котором он признался.
— Но тебя что-то беспокоит?
— Сам не знаю. Может, просто мое самолюбие не готово смириться с ошибкой. С тем, что я целых тринадцать лет подозревал не того человека. Любому было бы неприятно так промахнуться.
Босх замолчал и занялся едой. Потом запил тушеное мясо глотком вина и вытер губы салфеткой.
— Пища знатная! Где ты ее добыла?
Рейчел улыбнулась:
— Ничего особенного.
— В жизни не ел тушеного мяса вкуснее.
— Заведение так называется: «Ничего особенного». В смысле ресторан как ресторан.
— А, понятно.
— Это недалеко от Беверли-Хиллз, рядом с моим домом. Там есть длинная барная стойка, за которой можно есть. После того как я переехала в те края, стала часто там обедать в одиночку. Сьюзен и Прич всегда заботятся обо мне. Разрешают брать еду навынос, а у них это вообще-то не принято.
— Это повара?
— Шеф-повара. Сьюзен еще и владелица ресторана. Мне нравится сидеть там за стойкой и наблюдать, как посетители входят, как обводят глазами зал, стараясь понять, кто есть кто. Там, кстати, бывает много знаменитостей. За ними наблюдать интереснее всего.
— Кто-то сказал однажды, что если ты достаточно долго вертишься вокруг убийств, то должен неизбежно узнать город. Может, то же самое, когда сидишь за барной стойкой в ресторане?
— И к тому же легче осуществимо. Гарри, ты стараешься сменить тему или все-таки расскажешь мне об исповеди Рейнарда Уэйтса?
— Я к этому подбираюсь. Думал только, что мы сначала покончим с обедом.
— Все настолько плохо?
— Не в этом дело. Мне просто требуется передышка.
Рейчел понимающе кивнула и подлила вина в бокалы.
— Мне нравится музыка. Кто это играет?
Босх лишь покачал головой:
— Я называю это чудом из коробки.