Тринадцать лет назад ушла из дома и не вернулась милая, тихая девушка Мари Жесто, и полиции так и не удалось ее найти. Тринадцать лет история этого исчезновения не дает покоя Гарри Босху. Он уверен: Мари убили, и с убийством как-то связан ее бойфренд – сын очень богатого и влиятельного человека. Однако юноша предоставил железное алиби. Но может, на этот раз Босх ошибается? Ведь недавно арестованный маньяк, на счету которого девять загубленных жизней, утверждает: была и десятая жертва – Мари Жесто. Он подробно рассказывает об обстоятельствах убийства и даже готов показать, где похоронил девушку. Дело закрыто? Босх так не считает. Он чувствует: убийца лжет. Но зачем?
Авторы: Майкл Коннелли
Джон Колтрейн и Телониус Монк, в «Карнеги-холле». Запись 1957 года, пленка почти пятьдесят лет пролежала в архивах в немаркированной коробке. Просто кто-то сунул ее туда и забыл. Потом какой-то человек из библиотеки конгресса просматривал коробки с записями выступлений и выяснил, что у них там хранится. Наконец в прошлом году ее выпустили.
— Приятная музыка.
— Это просто чудо, особенно как подумаешь, сколько времени она там провалялась. Потребовался особый человек, чтобы откопать ее. Чтобы все остальные узнали.
Босх заметил, что на тарелке остался последний кусок.
— А чем бы ты сегодня обедал, если б я не позвонила? — спросила Рейчел.
Босх пожал плечами и стал рассказывать о признании Рейнарда Уэйтса.
— Этот человек лжет, — заключила Рейчел.
— Насчет имени? Мы это учли.
— Нет, о своем плане. Точнее, о его отсутствии. Он говорит, что просто увидел девушку в «Мейфэре», последовал за ней и похитил. Как бы не так! Я на это не покупаюсь. Вся затея не воспринимается как сиюминутный порыв. У него имелся определенный план — не важно, рассказывает он вам о нем или нет.
Босх кивнул:
— Надеюсь, завтра мы узнаем больше.
— Жаль, что мне нельзя там находиться.
— Я не могу перевести это дело в разряд федеральных. Кроме того, ты тоже теперь решаешь иные задачи. Твои же собственные сотрудники не позволят тебе участвовать, даже если бы тебя и пригласили.
— Знаю. Но все равно хотелось бы.
Босх встал и начал собирать посуду. Рейчел принялась помогать ему. После того как все было вымыто, они забрали бутылку с кухонной стойки и отнесли в комнату. В ней еще оставалось достаточно, чтобы выпить по последнему бокалу.
Они стояли у перил веранды, глядя вниз, на огни шоссе на перевале Кауэнга-Пасс, и вечерняя свежесть заставляла их прижиматься друг к другу.
— Ты сегодня останешься?
— Да.
— Знаешь, тебе не обязательно звонить. Я дам тебе ключ. Просто приходи, и все.
Босх обнял Рейчел за талию.
— Так быстро? Ты хочешь сказать, что все забыто?
— Прошлое есть прошлое, а жизнь очень короткая. Ну, ты знаешь — все эти избитые фразы.
Она улыбнулась, и они скрепили договор поцелуем. Потом допили вино и вошли в комнату. Они занимались любовью вторую ночь подряд. Медленно и безмолвно, не так, как в самый первый раз, в Лас-Вегасе. В какой-то момент Босх открыл глаза, посмотрел на Рейчел и сбился с ритма.
— Что? — прошептала она.
— Ничего. Просто у тебя глаза открыты.
— Я смотрю на тебя.
— Нет, не смотришь.
Она улыбнулась и отвернулась.
— Неподходящий момент для игры в двадцать вопросов.
Босх тоже улыбнулся и поцеловал Рейчел.
Босх тосковал по теплу и близости и внутренне раскрепощался с Рейчел. Он знал, что она это понимает. Рейчел дарила ему возможность отрешиться на время от реального мира. Прошлое больше не имело значения. Гарри закрыл глаза и опять улыбнулся.
На следующий день Босху показалось, что понадобилась целая вечность, чтобы собрать автомобильный кортеж, однако в половине одиннадцатого группа охраны и сопровождения преступника выехала наконец из подвального гаража здания уголовного суда.
Первая машина в колонне была без опознавательных полицейских знаков. За рулем сидел Оливас. Рядом на переднем сиденье расположился судебный пристав из тюремного подразделения, а на заднем, по обеим сторонам от Рейнарда Уэйтса, — Босх и Райдер. Заключенный был в ярко-оранжевом комбинезоне, с «браслетами» на лодыжках и запястьях. Они были еще для верности прикреплены к цепи, опоясывающей туловище.
Второй автомобиль, тоже без опознавательных знаков, вел О’Ши. В нем везли к месту преступления адвоката Мориса Свона и видеооператора из ведомства окружного прокурора, которому предстояло фиксировать на камеру все улики. Следом двигались два микроавтобуса: один — из отдела криминалистической экспертизы полицейского управления Лос-Анджелеса, а другой — из ведомства коронера. Группе предстояло обнаружить и эксгумировать тело Мари Жесто.
Для загородной поездки день был идеальный. После короткого ночного дождика небо прояснилось и теперь сияло голубизной, лишь где-то далеко в вышине виднелись клочки облаков. Сохранившаяся после дождя влажная прохлада не давала воздуху слишком нагреться, даже после восхода солнца. Хотя и трудно назвать день приятным, если предстоит выкапывать зарытое убийцей тело двадцатидвухлетней женщины, лучезарность природы смягчала зловещую реальность.
Кортеж съехал с Бродвея на автостраду и двигался на север. В центре города уличное движение было
