по восстановлению гиперспространственной связи с базой Эталон-12, — четко произнес я. — В процессе эксплуатации боевой единцы никаких сбоев, связанных с деятельностью МИ не выявлено. Предложенные меры считаю избыточными. Прошу выслать пакет обновлений КСС на борт корабля, интеграцию проведем в рабочем порядке.
— Подтверждение принято, страдиан 3 ступени Сергей Сергеевич Ржевский, — зафиксировал Эталон-12. — Пакет обновлений выслан. Чистого космоса, капитан.
4. Четыре.
Расстояние до станции «Вольдус» по лоциям было оптимизировано под два перехода. Общим мнением решили скакнуть за один раз. Неточный выход в этом случае мог сыграть нам на руку в случае наличия проблем в районе станции. Прошлый переход еще помнился постоянным пребыванием в пилотском кресле, по этой причине я решил больше не практиковаться нестандартных вариантов и совершить скачек с двумя якорями. Расчет перехода по стандартным методикам дал мне весьма кривую дорожку. Я был бы не я, если бы не попробовал как-нибудь облегчить себе жизнь. И я выпендрился. Оставив уже просчитанную стандартным методом дорожку Светлане, я приступил к творчеству нанайских абстракционистов. Спустя без малого час и получив головную боль в компании с легкой тошнотой, я все-таки раскатал для себя красивую дорожку. Оптимизация по моим расчетам должна была дать четверо суток. Итого, в общей сложности на дорогу должно было уйти семь с половиной земных суток. Планшетная развертка, на которой отображались все мои потуги, выглядела, как ленточка, связанная из нескольких клубков запутавшейся нитки. Облагородив, отдал свое детище на оценку Светлане.
— Так никто не прыгает, находясь в своем уме, — подвела итог Светлана. — Но ты, как я убедилась, в такие моменты в своем уме бываешь редко. Я бы не рекомедовала даже пробовать. Даже если рассчитано все верно, прыжок по параметрам явно в разряде «экстрим».
— Чего ж тут экстремального? — спросил я. — Красиво укатанная дорожка.
— Коэффициент многомерности твоего прыжка пятьдесят три целых, девяносто семь сотых процента, — ответила Светлана. — Случись чего, и ты своей рукой не сможешь попасть даже себе в нос, потому, что там, где ты хочешь пройти, у тебя может попросту не оказаться столь необходимого органа. Кроме того, ты просчитал четыре смены режимов многомерности, перепад коэффициента погружения в многомерность в одном из случаев тридцать четыре целых, восемнадцать сотых процента. При таком перепаде вероятность обрыва одного из якорей, скорее исходного, близка к ста процентам. Вообще, этот график перехода можно использовать как пособие по игре в «русскую рулетку».
— Ну ладно, ты все доходчиво объяснила, — сказал я в запале. — Без якоря мы уже летали, если отлетит выходной якорь, просто вернемся. Нужно же мне практиковаться. Еще какие-то сложности? «Генераторы прокола» выдержат?
— Движки выдержат, в этом сомневаться не стоит, — ответила Светлана. — Мы попалим значительно больше топлива, но это тоже не страшно. Я просто не пойму, почему ты всегда пытаешься пройти дорогими местами по лезвию бритвы?
— Ладно, понял, — сказал я. — Мои причиндалы, если что пришьете на место. Давай прыгнем по этой траектории.
— Хорошо, — ответила Светлана. — Думаешь, стану тебя больше уважать за целеустремленность в идеях суицида?
— Лишним не будет, — пококетничал я. — Такая женщина… Такая женщина…
— Оболтус, — усмехнулась в ответ Светлана. — Но есть условие.
— Давай, — согласился я.
— Во время смены режимов ты должен быть в «подключке» к креслу, — отрезала Светлана. — Нужно трезво смотреть на вещи, попытавшись свести риск к минимуму. Я тебе дам знать об этом заранее.
— Добро, — сказал я. — Поехали.
Скажу сразу, скачек вышел доовльно нудным и вымотал меня преизрядно, вышли мы в точку хоть и с плюсом, но всего лишь на троечку. Как и предполагала Светлана, из-за перепадов погружения в многомерность мы потеряли наш исходный якорь. Но так как второй остался, мы, преизрядно намучившись, добрались все же до места назначения. Правда, оставшуюся после потери исходного якоря треть пути я провел в «подключке» к креслу. Тем не менее, за время путешествия случился и ряд, несомненно, приятных моментов. В основном эти моменты были тесно связаны с приобретенным Светланой телом. К моему большому сожалению, давно ожидаемое мной событие так и не произошло. И винить в этом стоило, пожалуй, только меня самого и проложенный мной маршрут прыжка.
— Ты зря расстраиваешься, Серж, — сказала мне тогда в утешение наша хранительница ключей, — этот переход был бы неплохой практикой даже для имеющего приличный налёт навигатора. Для новичка же такая ситуация
