и пили банальную водку. Это скорее оказалось насущной необходимостью, чем культурным мероприятием. Конечная точка нашего маршрута располагалась на одном из плато горного массива, и было до нее еще сдобрый десяток остановок. Высота на исследуемом плато была не очень большая, но тут оказалось весьма и весьма прохладно.
— Да. Прикольно тут, — сказал Саныч. — Не загаженная природа, пусть и не совсем родная. Не хватает гитары и песен. Да, и Луны не хватает. Странно мне, Сергуня. Мы, вот, уже сколько времени не были на родной планете и не тянет совсем обратно.
— У меня такая же история, Саныч, — поддакнул я. — Видимо, мы — не столь дети Земли, сколь дети галактики. А может, мы с тобой — не совсем нормальные земляне.
— Давай белку нашу пригласим, — предложил Саныч. — Чего она там сидит и дуется на жизнь. Давно пора было ее напоить по-взрослому и выспросить все секреты вместе с ее девчачьими тайнами!
— Хорошо, — согласился я. — Зови.
Дама согласилась неохотно. Веселые компании и задушевные беседы у костра, как оказалось, не входили в круг ее близких интересов. В продолжение к сказанному, наш «желто-розово-синий чулок» горячительного не распивал и местными наркотиками не баловался. Практически как в том фильме «активистка, комсомолка, спортсменка». Но Саныч и я были компанией спитой и настойчивой, а у костра было ко всему еще и весьма прохладно.
Мы с Санычем уже давно заметили, что уларсу в отличие от человека, к открытому огню испытывают больше опасение, чем тягу. Может, сказывалось наличие шерсти, а может, еще какие-то древние инстинкты. Корлин пребывала в довольно легком комбинезоне, и жарко ей, явно, не было. Минут пятнадцать мы пытались завести беседу, разговор комкался, да и перевод с помощью средств связи оказался не слишком уютен. Постепенно мы спустились к истокам, и началось обсуждение результатов экспедиции. Тут наша «жёвто-блакитная» подруга с розовым оттенком немного оттаяла, видимо, результаты были хорошими. К сожалению, нам разделить эту радость — было трудно по причине совершенно иного проведения времени.
— Кстати, а как там у нас дела по «каперской» статистике? — вспомнил уже слегка подвыпивший Саныч. — Давай Светку трусить, пора уже делом заняться.
— Статистика есть, — откликнулась Светлана. — Здесь голограмму раскинуть не смогу, но озвучить данные без проблем.
— Колись, — согласился Саныч.
— За два прошедших месяца дней в районе Надежды появилось шестнадцать «каперских» кораблей в основном среднего и малого тоннажа, — начала Светлана. — Четыре корабля отогнано на подходах к планете военными патрулями уларсу. Еще три пытались приземлиться в границах контролируемых уларсу территорий, с боями были выдворены. Остальные совершили посадки на поверхность планеты. Нужно отметить, что Сергей был прав и за несколькими отклонениями места посадок приходятся на определенные районы планеты.
— Коорднаты есть? — уточнил я.
— Только в четырех случаях местным удалось обсчитать приблизительный квадрат, — сообщила наша подруга. — Три на три километра — не так уж и плохо. Остальные точки посадок зафиксированы на уровне «плюс-минус материк».
— Вот и хорошо, — обрадовался Саныч. — Может, быстренько наведаемся и все узнаем. Полетели прямо сейчас!
— Операция откладывается до завершения основной программы экспедиции, — сказал я. — Тебе вообще стоит протрезветь, а Корлин еще закончить хотя бы поверхностную классификацию данных, пока все свежо.
— Ладно, — согласился Саныч. — Тогда будем отмечать окончание надцатой части экспедиции.
Пока мы посещали очередные понкты маршрутаэкспедиции, обсуждали все спорные и не очень моменты, прошло изрядно времени. Броню КСС мы так ни разу и не надели, наши комбезы неплохо справлялись с внешними условиями, чего нельзя было сказать об одежде Корлин. Девушка с нашей компанией освоилась, наверное, сказывался все же специфический состав регулярных посиделок. Разговорами на модные темы мы ее не донимали, на свидание под покровом ночи не приглашали, предложений руки и сердца не делали, можно сказать, выступали по отношению к уларсу существами бесполыми. А вот посиделки мы устраивали с завидным постоянством, и в последнее время наша гостья стала на них постоянно присутствовать.
— Красатуля, давай-ка выпей, а то замерзнешь в пушистую сосульку, — обратил Саныч внимание на некоторую скованность движений нашей дамы. — Да и вообще, давай-ка на нашу сторону костерка. Мы тут место нагрели.
Пока Саныч, неуверенно разбирающийся в горячительных напитках уларсу в силу только слегка имеющегося опыта, рылся в прихваченной сумке, Корлин пребывала в некоторых душевных
