— сказала Светлана. — Просканировав базу киборгами, я упустила это из виду, шар просто полыхает пси-излучением. В прочем, на появление киборгов он никак не прореагировал.
— Спасибо, — я почувствовал, как мысль «сдулась» и стекла глупыми обрывками. — Видимо, Саныч попался на эту дудочку.
— Определенно, — согласилась Светлана. — Один из твоих симбиотов успешно давил внушение, у Саныча такого не оказалось. Нужно будет попытаться доработать скафандры по этой теме. У нас со Стекляшкой получилось не плохое конструкторское бюро.
— Ты у него спросила, он что-то о хозяевах слышал? — поинтересовался я.
— О хозяевах базы ничего, — ответила Светлана. — А вот об этом шарике кое-какая информация есть. Это, можно сказать, частично разумное животное. Обитают его сородичи, как правило, в горячих слоях планетной магмы, изредка встречаются и в звездных коронах.
— Зачем оно напало на Саныча? — удивился я. — Не уж-то люди входят в его пищевой рацион?
— Нет, конечно, — ответила Светлана. — Скафандр ослабил сдерживающее поле, и существо попыталось удрать из «клетки», почувствовав лазейку, Саныч просто оказался на его пути.
— А откуда внушение? — удивился я опять. — Зачем ему такие способности?
— Не знаю, — ответила Светлана. — Возможно какой-то побочный эффект. Думаешь, стоит изучить?
— Да ну его, — возмутился я. — Как Стекляшка думает, что будет, если мы его отпустим?
— Оно постарается уйти в недра планеты, — передала ответ Светлана. — Но тут есть некоторые сложности. На поверхности для него слишком холодно, а недра этой планеты находятся на пределе пригодной существу среды. Скорее всего, оно не с этой планеты. Если мы его отпустим, то оно либо погибнет, не достигнув достаточно горячих слоев, либо всю оставшуюся жизнь будет жить в экстремальных условиях и полном одиночестве. Тут его хотя бы нормально кормят.
— Да, дела, — я с сожалением взглянул на пленника. — Придется тебя тут оставить, извини, не можем тебе помочь.
— Оно не разумное, — ответила мне Светлана. — Просто красивое животное.
Как и намеревался, я вернулся на «Ботаник». Впечатлений для первого дня было больше, чем достаточно. Первым делом я посетил медицинский отсек, Саныч был полностью запечатан в кокон медицинского центра. И по информации Светланы он находился в состоянии лечебного сна.
Весь следующий день я провел в кресле, наблюдая процедуру вскрытия хозяина базы. Сам по себе процесс был не слишком интересным, но уж до одури необычным, так что я смотрел. По моей просьбе был обследован найденный мной на полу «операционной» кусочек плоти. К моему великому удивлению, кристаллы, находящиеся в породе оказались весьма крупными драгоценными по меркам землян камнями. Всего их в образце оказалось два больших и семь маленьких, что навело меня на меркантильные мысли относительно лежащего на столе для вскрытия тела. Самыми крупными камнями оказались алмаз и изумруд, вся мелочь — алмазами. Тут же меня посетила идея. Я попросил Светлану огранить мне как-нибудь веселенько крупный алмаз и вставить в простенькую серебряную оправу. Я никогда не признавал цацок, особенно на мужиках, но если это — часть плоти хозяина базы, значит, на нее должны реагировать «двери». Зачем же таскать с собой бесформенный кирпич, когда можно носить на одном из пальцев вполне удобное колечко. Немного подумав, я решил наградить Саныча за проявленный героизм при изучении базы кольцом с большим изумрудом. Сказано — сделано, Светлана получила еще один заказ на другое кольцо в золотой оправе для Саныча, подумав, я попросил пристроить на него и остальные семь алмазов поменьше, путь человек порадуется.
На следующее «утро», я отправился на очередную вылазку к подземному комплексу. Мое предположение подтвердилось, «двери» без вопросов отреагировали на вставленный в серебро алмаз из тела хозяина базы. Я тут же избавился от второго куска «плоти», который взял на всякий случай, отдав его киборгу с просьбой вернуть в отсек, где идет вскрытие, для последующего захоронения с телом погибшего. Сначала я решил закончить обследование своего «предбанника», в котором остались еще не осмотренными четыре транспортные ниши.
Следующая после «операционной» ниша вывела меня в еще один «предбанник». Я немного растерялся, но возвращаться повременил. Вспомнив, как располагалась комната с пленным «зверем», я вступил в нужную транспортную нишу. «Зверь» был на месте. Ясно, это — «предбанник», где гулял Саныч.
— Свет, а Саныч много комнат осмотрел? — спросил я.
— С Шариком второй была, — ответила Света.
— А в первой что-то интересное есть? — спросил я.
— Мне кажется, что нет, — ответила Светлана.
